Поздний СССР как время "утра магов"

Если что может поразить в позднем («перестроечном») Советском Союзе – так это чрезвычайная уверенность в том, что достаточно принять какие-то «правильные» постановления и законы для того, чтобы решить все проблемы. Причем, это относится практически ко всему – начиная с «антиалкогольной кампании» и заканчивая «политикой национального возрождения». При этом результаты данных действий всегда и везде были полностью противоположными планируемому: скажем, «антиалкогольная кампания» привела к росту алкоголизации общества, «национальное возрождение» вызвало, в конечном итоге, резню по «национальным признакам», а, например, «кооперативное движение» - которое вводилось для «борьбы с дефицитом» - лишь усилило последний.

Ну, а все вместе взятые «законы, акты и постановления» второй половины 1980 годов практически гарантированно вели СССР к катастрофе – и, в конечном итоге, привели его туда. Впрочем, последнее очень хорошо известно – настолько хорошо, что постоянно порождает конспирологические теории о том, что советское руководство сознательно проводило курс на развал страны. Однако последняя идея вряд ли может быть названа верной, поскольку, во-первых, это самое руководство после развала страны потеряло больше, чем приобрело. (Бенифициарами распада СССР стали «начальники второго эшелона».) А, во-вторых – что еще важнее – практически все действия властей на начальном этапе поддерживались населением. (Возможно, за исключением борьбы с алкоголем – хотя и последняя имела множество приверженцев среди женщин.)

Разумеется, речь идет именно о «начальном этапе» - поскольку когда граждане начинали сталкиваться с «проявлениями перестройки» в своей жизни, то резко меняли к ним отношении. (Скажем, те же кооператоры уже через год после появления превратились в общественном сознании из символа грядущего изобилия в рвачей и махинаторов.) Однако вера в чудодейственные «реформы» все равно сохранялась вплоть до 1992 года – когда гиперинфляция показала, что реально несет «свободный рынок». (Хотя нет, результат выборов 1996 года показал, что даже через пять катастрофических лет осталось немало тех, кто продолжает верить в возможность конструктивного поведения властей.)

Впрочем, разбирать постсоветский период надо уже отдельно. Тут же можно только отметить, что особого различия в нем с периодом «перестроечным» не наблюдается. Поэтому «списать» подобный тип поведения на особенности советского образования – или, наоборот, образования постсоветского (пресловутых «жертв ЕГЭ») – тут не получится. Более того, главные акторы –горбачевское Политбюро – в данном случае относятся даже не к «бумерам», а к более старшему поколению. Так что тут невозможно говорить даже о наличии «поколенческого фактора», так значимого во многих позднесоветских процессах.

А вот о наличии массового, пронизывающего все слои общества иррационального, магического мышления – наоборот, говорить можно и нужно. Поскольку указанное представление имеет не меньшее отношение к магии, нежели всевозможные экстрасенсы, встречи с инопланетянами, массово расплодившиеся «барабашки», потомственные ясновидящие, белые колдуны и прочие «всенародные гуру» того времени. А точнее наоборот – подобное положение показывает иррационализацию общества еще сильнее. Поскольку в случае с помешанными на «аномальном» людьми еще можно сказать, что это – «не все общество». (И вообще, вспомнить об отмененной к этому времени насильственной госпитализации психических больных.) А вот в случае с «поддержкой реформ» - при условии, что все предыдущие «реформы» заканчивались только провалом – это уже не пройдет.

Поэтому в данном случае мы можем вести речь именно об массовой и взрывной иррационализации страны, за десять лет превратившей бывшую сверхдержаву в кучу обломков полусостоявшихся государств. ( Read more... )