Производственный базис коммунизма на примере «мира Ефремова-Стругацких»

Итак, как уже не раз говорилось (1, 2), базисом для той или иной формации выступает связка производительных сил и производственных отношений. То есть, технологическое оснащение производства и взаимодействие этого самого технологического оснащения с работниками. Именно указанные факторы обеспечивают самые глубинные, базовые свойства того или иного общества – того, что, собственно, и позволяет выделять пресловутые общественно-экономические формации. А на основе этого самого «выделения» - строить реалистичные модели развития рассматриваемых обществ.

Разумеется, данный факт не значит, что за пределами указанного «выделения по базису» моделирования невозможно: на самом деле, нет никаких запретов в классификации социумов по любом признаку. Классифицируете хоть по степени волосатости правителей, хоть по уровню распространения гомосексуальных отношений! Но вот построить действительно работающие модели на основании данных произвольных классификаций вряд ли получится. Поэтому – при желании создания действительно реалистичных представлений о том, «что будет» - следует, все же, придерживаться указанной выше схемы. В смысле – рассчитывать реальность в плане ее соответствию тому или иному соотношению производительных сил и производственных отношений.

В этом плане, кстати, очень полезно будет обратиться к «классическому» уже для нас «образу будущего», который сейчас принято именовать «коммунизмом Ефремова-Стругацких» или «моделью Ефремова-Стругацких». (С пониманием, что этот самый образ – в своем глобальном смысле – создавался именно Иваном Антоновичем: братья только взяли уже созданную «вселенную» и заселили ее своими героями.) Поскольку – как не странно это прозвучит – эта самая «реальность» основывается на достаточно четко выделяемом базисе. Разумеется, для нас это прозвучит странно: и у Ефремова, и у Стругацких, и у того же, наследующего им, Виктора Можейко (Кира Булычева) производство, как таковое, практически не показано. По вполне объективным причинам: советских – а особенно, позднесоветским – гражданам вряд ли было особо интересно читать производственный роман. (Кои уже в 1950 годы считались тут вершиной коньюнктурщины – примерно, как сейчас «попаданцы».)

* * *

Однако, несмотря на это, указанный базис вполне существует. А именно: «ядром мира Ефремова-Стругацких» является высокоавтоматизированное производство. На самом деле, даже в «Туманности Андромеды», вышедшей в 1957 году, есть прямое указание на данный момент:

«Сборка конструкций на Земле велась особыми машинами, названными эмбриотектами потому, что они работали по принципу роста живого организма… Метки и ключи, нанесённые на подлежавшие сборке части радиоактивным таллием, правильно ориентировали соединяемые машинами детали, и сборка шла с поразительной для непосвящённого точностью и быстротой.»

Еще раз: производство в «мире Ефремова» не требует использование монотонного и отчужденного труда – вроде того, что используется на конвейерном производстве. Это, кстати, была в свое время очень серьезная инновация на фоне остальной советской «литературы о будущем».( Read more... )