anlazz

Интересно, но ответ на то: откуда же может взяться описанное в прошлом посте субпассионароное поведение при условии отсутствия "биологической пассионарности", как таковой, на самом деле достаточно прост. И увидеть его можно, например, в таком известном источнике - если уж мы начали с "древнерусской темы" - как "Слово о полку Игореве". Ну да, том самом, которое все читали, но никто не понял.

Если кто помнит, то смысл там такой: князь Северский Игорь - ну, тот самый, по которому и назвали произведение - решает "пойти на половцев". Но собрать большую коалицию князей ему не удается, и он торжественно просира... проигрывает все, оказываясь в плену. Где и проводит значительное количество времени. Правда, в конце "Слова" Игорь бежит, и даже успешно. (Правда, оставив в плену своего сына.) Впоследствии, кстати, он еще раз совершит поход на половецкие земли - несколько удачнее, хотя разбить кочевников ему тогда так же не удастся. (Но в книге это не отражено.)

Но понятно, что основная идея "Слова" - это не военные действия данного князя, а убежденность в том, что удельная раздробленность Руси очень и очень плоха. В том числе и в плане возможности сопротивления внешнему врагу. Если что, то написано "Слово о полку Игореве" было в конце 12 века (1186 год?) - до похода Батыя оставалось еще почти полвека. Так что, можно считать автора данного произведения практически пророком. Впрочем, нет: скорее наоборот. В том смысле, что автор "Слова", скорее, передавал общее ощущение (образованных) жителей Руси, которые предчувствовали, что "ничем хорошим это все не кончится".

Тем не менее, ничего изменить это предчувствие не могло, и когда степные полчища - не важно, включали они 15-20 тыс. воинов, 35-40 или даже 100 тысяч - реально "поперли" на Русь, все закончилось очень и очень печально. (Думаю, не надо говорить: как?) Почему? Да потому, что до тех пор, пока этого не случилось, у князей не было никакой мотивации к объединению. Ну, возьмем то же "Слово" и тот же "игорев поход". Какая была его цель? Защита от врагов? Как не странно, но в целом данная задача даже в рамках данного произведения выглядит вторичной, первичным же оказывается акцент на "геройстве" князя и его брата Всеволода. Кстати, и реальные историки, в общем-то, видят целью данного действа не столько уничтожение врага, сколько желание приобрести новые земли и да, возможность "показать доблесть", сиречь, поднять свое значение в общей иерархии князей.

Но это нужно именно Игорю, остальные же удельные властители, в общем-то, к данной задаче безразличны. Во-первых, потому, что их-то уделам от данного действа ничего не прибавляется. (Ну да, есть вероятность, что какой-то из сынов "сядет" в будущем на Северский престол, но это так себе перспектива: княжество "не престижное".) А, во-вторых, потому, что успешными междоусобными столкновениями, а главное - разнообразными политическими играми - можно добиться гораздо более высокого "уровня". Ну, и вообще, конкретно половцы вообще мало кому - за исключением пограничных княжеств - мешают. Да и для пограничных земель говорить о каком-то особом уроне от набегов не стоит - тем более, что и "обратка" (см. "игорев поход") работает.

То есть, проще говоря, в XII веке сложилась такая ситуация, при которой Руси никто уже не угрожал. Прежние - характерные для IX, X и даже XI веков - опасности, порождаемые Великой Степью, казалось, ушли в прошлое. И прежние "степняки" превратились, фактически, в соседей, с которым вели торговлю, устанавливали династические браки (см. судьбу сына Игоря) и т.д. В общем, стали они не опаснее тех же венгров или поляков, да и какой-нибудь мордвы. (На самом деле наоборот: мордва была как бы не опаснее тогдашних степняков в плане военных столкновений, потому, что воевать "в лесах" русские тогда не умели.) Поэтому можно сказать, что настали т.н. "мирные времена". (Понятно, что "войны" были - но они не имели стратегического значения, да и по существу, не отличались от войны между самими князьями.)

Это привело к невероятному расцвету Руси, ставшей одним из самых больших государств Средневековья. Численность жителей Руси 11-12 веков разные историки оценивают от 7,5 до 15 млн. человек. Для сравнения: численность населения Англии в 12 веке составляла 5-7 млн. человек, Франции - 10-15 млн. человек. Отсюда неудивительно, что даже европейские правители не гнушались династическими браками с русскими князьями. (Дочь Ярослава Мудрого Анну, ставшую королевой Франции, все знают. Но она была, понятное дело, не одна.)

Росло и благосостояние русских, о чем свидетельствует, например, активное распространение каменного строительства. (Еще в X веке каменная церковь была редкостью, но уже следующем столетии их начинают возводить в каждом городе, и по несколько штук.) Увеличивается внешняя и внутренняя торговля, растет количество скота ну и т.д., и т.п. В общем, наступает то редкое в нашей истории состояние, при котором можно сказать, что "завтра будет лучше, чем вчера" - в обывательском смысле данного выражения.

Надо ли говорить о том, что в подобной ситуации смысл не только в "центральной власти", но и вообще, в каком либо выходе деятельности князей за пределы "частных интересов" был нулевой. Поэтому неудивительно, что князья очень быстро ушли в уже не раз помянутую "усобицу", занявшись усилением собственных наделов и укреплением разнообразных связей - но "без фанатизма". Потому, что любого "фанатика" - то есть, того, кто решился бы на централизацию - просто "замочили" бы. (Был такой - Андрей Боголюбский - и с ним сделали именно то, что указано выше. Причем, практически все Рюриковичи это "мочилово" одобрили.)

То есть, еще раз: причиной роста феодальной (удельной, но это в данном случае малосущественно) раздробленности Руси стало то, что защита ее от серьезных внешних воздействий стала ненужной. Степь переживала период "межкультурья", период смены демографических волн, и поэтому не представляла опасности - кыпчики-половцы, еще лет сто назад наводившие страх, как сказано выше, стали "добрыми соседями. А Запад - в смысле Европа - в это время только "переваривала" венгров с поляками, превращая их в "нормальные католические народы". До начала движения на Восток оставалось еще пара столетий. (Первой "западной опасностью" станут пресловутые "псы-рыцари" из Тевтонского ордена - те, которые утонули на Чудском озере уже после монгольского нашествия.)

На этом фоне приоритет "индивидуального", частного, собственнического над национальным, общим был естественен и неизбежен. Но так же неизбежным была расплата за это в виде сами понимаете, чего. В том смысле, что ситуация сменилась практически моментально: еще в начале 13 века (1202-1206 годы) Тэмуджин воюет с другими вождями монгольских кланов, даже не помышляя о том, что очень скоро он превратится в "фактор глобальной истории" под именем Чингисхан. А уже в 1236 году его внук Батый сжигает Рязань. Тридцать лет - ничто для человека традиционного общества. (Да и для нас-то...)

Понятно, что перестроить миропредставление было просто невозможно. Поэтому-то и падали русские (и не русские) города под ударами монгольских войск - потому, что защищать их приходилось только "своим" властителям. Потому, что другие надеялись, что "их это не коснется". (Как не касались ранее междоусобные разборки соседей.) Разумеется, эта надежда была тщетной: "люди длинной воли" всегда побеждают людей воли "короткой". А своих "длинновольных", как уже было сказано, тут не было. Потому, что еще вчера это было невыгодно. (Да и если таковые возникали, то уничтожались.)

Более столетия потребовалось для того, чтобы ситуация изменилась. Для того, чтобы русские, наконец-то, поняли, что идея "сидеть в своем наделе" вряд ли может быть хорошей в текущих условиях. (До этого была столетняя попытка "ужиться с монголами" и даже использовать их для получения преимуществ.) И знаменитая Куликовская битва (1380 год) стала не столько "великой военной победой", сколько началом формирования единой русской нации - той самой, которая существует и до сих пор. Но это, разумеется, будет уже совершенно иная история.

Тут же - подводя итог сказанному выше - можно только еще раз сказать, что данный "кейс" прекрасно показывает не только причины, по которым незначительная (относительно) кучка завоевателей может с легкостью взять могущественное государство. (Кстати, как уже было сказано в прошлом посте, Русь была тут не самым "сильным примером" - скажем, Китай, Хорезм или Бухара, которые так же были взяты "воинами Чингисхана" - демонстрируют данную закономерность еще сильнее.) Но и показывает неизбежность появления подобных причин, а так же механизм формирования цикличности развития государств, в котором расцвет неизбежно сменяется упадком, однако в самом жутком положении часто находится выход "наверх". (Совершенно неожиданно.)

Для этого не требуются никакие "внешние факторы" - вроде гумилевской "генетической пассионарности" - напротив, все реализуется исключительно "внутрисистемными" законами. И разумеется, к сегодняшнему дню это так же имеет отношение. Но говорить о последнем, понятное дело, надо уже отдельно.

P.S. И да, разумеется, не следует забывать главное: знание законов развития позволяет управлять последним. В смысле - зная их, можно надеяться на то, что еще до начала кризиса можно успеть запустить "механизмы выздоровления", и встретить грядущую опасность прекрасно вооруженным. Но это тема так же отдельного разговора.