anlazz

К предыдущему посту.

Впрочем, "проверку" эпидемией не прошли ни только страны "пресловутого Запада", но и обитатели "текущих берез и осин". Разумеется, это не удивительно: у нас уже лет тридцать декларируется принадлежность к пресловутым "белым людям" - несмотря на то, что эти самые "белые люди" признавать таковыми обитателей бывшего СССР совершенно не намерены. Тем не менее, поразившие постсоветское пространство беды удивительно напоминают те, что поразили государства Запада - только с учетом местной специфики.

В частности, тут так же наблюдается отсутствие хоть какого-то единства между большинством населения и властью. В том смысле, что любые интересы народных масс власть практически не волнуют - если какое обеспечение народа и осуществляется, так исключительно за счет сохранения большого количества социальных подсистем советского прошлого. (Практически все образование и здравоохранение в провинции - это "наследие СССР", включая работников.) Ну, и наоборот: народ исполняет властные указания только под прямым давлением - или так же "по традиции". (Скажем, многие люди, ходящие на выборы, делают это исключительно потому, что "всегда ходили".)

Самое забавное тут то, что в нормальных условиях подобная система оказывается достаточно стабильной - точнее, очень стабильной. (Поскольку все заняты "своим делом": власть бюджеты пилит, народ выживать пытается.) Но достаточно хоть какого-то изменения - или, даже, потребности в изменении - и благостная картина "стабильности" начинает разрушаться. Именно это и произошло во время эпидемии: когда власть осознала, что "коронавирус - это серьезно", и попыталась ввести хоть какие-то меры противодействия, она очень быстро натолкнулась на мощное сопротивление этому.

Собственно, именно в данной особенности и лежит объяснение известного парадокса, состоящего в том, что россияне (впрочем, это можно сказать к любым обитателям бывшего СССР) с поразительной легкостью "приняли" ту же пенсионную реформу, или, скажем, "оптимизацию здравоохранения". (На самом деле его сокращение.) Но при этом очень резко - вплоть до открытых выступлений - прореагировали на кампанию по вакцинации. (Хотя, казалось бы, лишение пенсий - это на порядок более неприятный процесс.) Дело в том, что разрушение чего-то - это процесс менее "структурно важный", нежели создание чего-то нового. (Собственно, постсоветские социумы все свое время только и делают, что разрушаются.) И поэтому воспринимаемый гораздо менее болезненно.

То есть, уровень социальной новационности постсоветских государств - нулевой. Разумеется, это было ясно и до эпидемии - но после нее, думаю, уже ни у кого на осталось сомнений в том, что дело обстоит именно так. А значит, все прогнозы и проекты на постсоветском пространстве стоит осуществлять исходя именно из подобного парадигмы: любые новации - не важно, какого характера - тут смертельны, и значит, власти будут избегать их до последнего.

Именно поэтому никакого "восстановления СССР" или "собирания Империи" ожидать не приходится: тут вопрос даже не в санкциях или каком-то "сопротивлении Запада", а в том, что существующая система просто не может этого принять. И пресловутый Крым в данном случае - это сверхуникальный случай. (Поскольку он, во-первых, крайне "вкусен" с геополитической точки зрения: натовская военная база там просто блокирует все Черное море, включая главный "нефтяной" порт РФ Новороссийск. А, во-вторых, он практически сам "упал" российскому режиму "в руки". В том смысле, что до сих пор сложно найти более "проэрэфовский" регион страны - скажем, только в Крыму люди сами вешают на дома российские флаги - а уж с учетом украинской политики...)

Ну, и разумеется, Крым - это довольно небольшой регион, поэтому его присоединение, фактически, удалось осуществить силами "самого государства". (То есть, мобилизация общества не потребовалось.) Но даже в этом случае интеграция полученной территории прошла "на пределе возможностей" - скажем, в российском обществе уже к концу 2010 стали возникать возмущения по поводу необходимости тратить туда деньги.

Надо ли говорить, что для более крупной территории - скажем, для Белоруссии или Новоросии - подобное решение уже невозможно. Поэтому местный режим старается до последнего удерживаться от подобных решений. Тем более невозможно говорить о присоединении самой Украины, поскольку это потребует уже реальной мобилизации за пределами действующей армии. Так что пусть украинцы спят спокойно: увидеть "российские танки" на своей территории им удасться только во сне. (Так что сдаться в "сытый плен" не получится - как бы этого не хотелось.)

Если же говорить говорить о самой Украине, то стоит сказать, что ситуация на ней еще хуже: фактически, говорить об "украинском обществе", как таковом, давно уже нельзя. (То есть, есть территория, населенная разного рода "микрогруппами", есть украинское государство - выступающее одной из подобных групп - и все.) Поэтому никакого "блицкрига в ЛДНР" данное государство произвести не может. (Так что пресловутое "соблюдение Минских соглашений" остается в силе, как бы не хотелось ВСЕМ участникам подобного процесса каких-то изменений. Просто потому, что возможностей поменять их нет.)

Впрочем, подобные вопросы надо разбирать уже отдельно. Тут же можно только сказать, что реальное геополитическое значение "постсоветскего пространства" в свете данных особенностей неминуемо стремится к нулю. В противовес набравшей огромную силу Юго-Восточной Азии и показывающей неплохие результаты Латинской Америке. (О последней, разумеется, надо говорить особо.) И единственное, что не может не радовать в подобном положении - так это то, что, как уже было сказано, у самого Запада ситуация не намного лучше. (А с учетом необходимости борьбы за гегемонию - так даже хуже.) Поэтому, ИМХО, ничего особо радикального ожидать тут не стоит: в целом ситуация как стояла - так и будет стоять...

А судьбы мира будут решаться в совершенно ином месте.