О завершении «длинных 1990 годов»
Mar. 25th, 2018 01:36 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
anlazzНаверное, тему политики – по крайней мере, «выборной политики» - надо закрывать. Путин совершенно закономерно победил, все остальные совершенно закономерно проиграли, Ксения Собчак совершенно неожиданно получила 1,6%. Если честно, для меня главная загадка данных выборов состоит именно в том, что нашлись люди, способные за нее голосовать. Хотя нет, она же позиционировала себя, как «кандидата Против всех» - так что, думаю, из указанных 1,68% как минимум 1% голосов имеет именно протестную природу. Впрочем, результат Собчак – это мелочь, приятная для шоуменши (шоугерл?), но абсолютно ничего не значащая для страны. Гораздо важнее другое – то, что полученные результаты в очередной раз подтвердили завершение того временного периода, который можно назвать: «длинные 1990 годы».
И дело даже не в том, что «суперстар» того времени – Владимир Вольфович Жириновский – набрал 5,65% (кстати, не сильно меньше «прошлых» 6,22%). Ну, а Явлинский с Бабуриным – такие же, «гранды» минувшей эпохи, чьи фамилии звучали в СМИ, когда упомянутая Ксюша еще ходила в школу– умудрились уступить данной даме, получив 1,05% и 0,65% голосов! Подобный результат прекрасно свидетельствует, что эти герои вчерашних дней уже никого не привлекают. Однако еще более важно то, что не привлекают и вчерашние идеи и идейные конструкции – на которые до сих пор делает ставку оппозиция. Именно катастрофический проигрыш всех (!) кандидатов – за исключение сами понимаете кого – и есть самый главный итог 18 марта 2018 года. (22,24% в сумме за «неПутина» против 35,23% в 2012 году.)
Разумеется, тут можно ссылаться на неравноправное положение участников, на махинации в ЦИКе, и даже на неудачную идею выдвинуть кандидатуру Павла Грудинина - который, якобы, оказался менее удачливым, нежели Зюганов. (11,77% против 17,18% последнего на прошлых выборах.) Однако это все будет не то. Поскольку и давление на кандидатов-оппозиционеров было всегда – причем, к уровню 1996, когда тот же Зюганов получил 32,03% в первом туре оно даже близко не подходило. (Это только Долоев может удивляться роликам про «гея на передержке». Того же, кто помнит 1996 год, нынешние выборы могут поразить только предельной скукой и предсказуемостью.) Да и указанный Грудинин, если честно, смотрелся на порядок лучше до боли надоевшего всем главы КПРФ – вечно второго, и вечно недовольного. А все заявления, что грудининские счета и другие косяки послужили причиной проигрыша, если честно, банально смешны: к примеру, «компромата» на Владимира Владимировича за последние десять лет было выброшено столько, что «грудининские» счета кажутся невинной мелочью.
* * *
Так что, если бы Грудинин – а точнее, стоящие за ним силы – действительно были интересны народу, то тут все указанные проблемы оказались бы избирателю до лампочки. В самом деле, что, кто-то надеялся, что «директор совхоза» должен напоминать героя советских фильмов, живущих в избе и бегающих по полям в кирзовых сапогах? (Или, в крайнем случае, катающимся на УАЗике.) Да у того же Жириновского еще когда все это было – помню, в начале 2000 годов публиковали список имущество данного политика, так там одних квартир были десятки. (Еще помню несчетное количество автомобилей: по каким-то причинам все партийное имущество в это время «вешалось» на одного человека.) Потому, разумеется, все уладили – однако как в то время, как на «Жирике» висело все немалое партийное имущество, ЛДПР и он лично набирали высокие проценты. Просто потому, что идеи, декларируемые данным политиком – да, хотя бы «мы за русских, мы за бедных», или, например, требование вести активную внешнюю политику («омыть сапоги в Индийском океане»), в то время оказывались созвучными массовым настроениям.
В самом деле: страна жила в нищете, и одновременно, в постоянном унижении – когда называться «русским» было просто неприлично. Поскольку это значило одновременно и указанное «нищебродство», и «природное рабство в течение тысяч лет». А главное – необходимость находится в приниженном состоянии относительно «великих наций», у которых требовалось учиться, учиться и еще раз учиться «нормальной жизни». И уж только потом, если получиться сломать свою «тоталитарную природу», можно надеяться на какое-то место в текущей реальности – пускай «у параши», но другого проклятая страна и не заслуживает. Именно что-то подобное тогда являла «официальная идеология» - то есть, общепринятое представление о жизни. Неудивительно, что по сравнению с ней идеи и сам образ лидера ЛДПР казались привлекательными – да они, собственно, и строились именно на борьбе с подобным.
Но теперь-то все это далеко в прошлом. Концепция «ублюдочной России» перешла из разряда официального мейнстрима в мейнстрим «либеральный» - то есть, оппозиционный. А потом вообще ушла из политического поля – оставшись исключительным достоянием «нового русского искусства». (Которое не новое, не русское, и не искусство – но об этом надо говорить отдельно.) В связи с этим основные обещания Жириновского стали бледнеть – и никакая харизма не помогает. Ну, в самом деле, как же это быть «за бедных» - если правительство только и делает, как обещает «борьбу с бедностью». Правда, не сказать, чтобы эта «борьба» оказывается особо результативной – хотя, в принципе, такой откровенной нищеты, как лет двадцать назад, нет – однако и «оппозиционер» ведь только обещал. То же самое касается и внешней политики. И остается один только «Жирик» - сильно постаревший клоун и шоумен. И кому он нужен? (В результате чего за ЛДПР голосуют чуть ли не исключительно в «мемериальном плане» - то есть, если человек лет двадцать назад это делал, то он продолжает делать это сейчас. Просто по инерции.)
* * *
Однако то же самое касается и остальных оппозиционеров – за исключением Собчак, которая, как уже было сказано, «сорвала банк», объявив себя «кандидатом против всех». Ну, про либералов, как уже было сказано, можно вообще не упоминать – поскольку они свою настоящую людоедскую программу давно уже отдали «деятелям культуры», а сами взяли «социал-демократическую», однако им это не помогло. Слишком сильно они оказываются связанными с пресловутым «утилизаторством» - концепцией, которая для нашей страны значит только одно: смерть. Однако то же самое можно сказать и про «патриотов», включая «народных» (то есть, КПРФ) - основой концепции которых до сих пор составляет борьба с «оккупационным режимом». (Тогда, когда он, разумеется, никакой не оккупационный – и, кстати, не был им даже при Ельцине. Вот «утилизационным» был, но утилизация и оккупация – это разные понятия.) И которые до сих пор «топят» в основном на «убогое положение России в мире» и неудачу во внешней политике. Тогда, когда в реальности именно последнее «поле» представляет собой наибольшую удачу режима. И даже пресловутые «санкции» вряд ли могут помешать этому процессу.
Кстати, с т.з. обывателя все эти санкции-контрсанкции вряд ли могут рассматриваться, как самый важный предмет в жизни. Ну да, большая часть сыра и молока производится из «растительного сырья». Но ведь ровно такой же процесс проистекает практически по всему миру. В самих же Соединенных Штатах большая часть продуктов – давно уж обыкновенное дерьмо. Да и в Европе, если честно, тоже – разумеется, если речь вести о том, что употребляет большинство. Поскольку те самые «натуральные деликатесы», что так привлекают наших «оппозиционеров», местные жители вряд ли могут назвать своей постоянной пищей. Так и в России можно найти магазины «натуральных продуктов» - только вот народ в них вовсе не толпится, предпочитая закупаться на распродажах в «Пятерочке». Почему – надеюсь, не надо говорить.) Так что большая часть как раньше не покупало Parmigiano Reggiano по полторы тысячи рублей за килограмм, так и сейчас не покупает его по три тысячи. (А вот неполучение зарплат годами – то есть, то, что было двадцать лет назад, откладывается в памяти навсегда.)
Но это так, отступление. А в целом можно сказать, что практически все акценты, на которых делали свою пропаганду «народно-патриотические силы» («оккупация», «воровство», «обнищание народа»), давно уже «перехвачены» властями. В результате чего последние со своими жалкими потугами закономерно остаются «на бобах». Да что там – даже пресловутые жалобы «оппозиции» на итоги голосования давно уже вызывают даже не смех – шутка, повторенная десять раз, перестает быть смешной – а исключительно зевоту. Дескать, вот опять Зюганов после выборов будет кулаками трясти! (Да, тут почти по Фрейду: глава КПРФ в 1996 году «уступил» свою победу во втором туре Ельцину – поскольку иначе «утилизаторы» утилизировали его прямо на месте. И теперь каждый раз пытается вновь закрыть указанный «гештальт».) В результате чего вся эта «свистопляска девяностников» с каждым годом интересует все меньшее и меньшее количество народа.
* * *
Так что текущие результаты вряд ли могут рассматриваться, как выпадающими из общих тенденций – напротив, они лишь иллюстрируют завершение указанного периода в политике. А следовательно, ставят вопрос: а что дальше? В том смысле, что, разумеется, можно расслабиться и «лечь» под власть – однако понятно, что это вряд ли хорошее решение. Тем более, что нынешний режим – так же, как и весь остальной капиталистический мир – с каждым годом все глубже погружается в глубины Суперкризиса. В смысле, начинает испытывать реальные, а не выдуманные «оппозиционерами» проблемы, и, что самое главное, потенциально не может найти решение на них. Собственническое общество, господствующее сейчас, неизбежно убивает себя само – так, как это вытекает из его глубинной природы. А значит, проблема дальнейшего существования страны остается открытым.
Вот ее решение –а равно, решение массы «сопутствующих» этой самой Катастрофе проблем – и должно стать повесткой для всех разумных людей на будущее время. В том смысле, что стоит предоставить мертвым хоронить своих мертвецов – то есть, бороться с «оккупацией», с «проклятым совком», с «тысячелетним рабством» и т.д. – а самим переключится на будущее. То есть, оставить и «девяностников» («патриотов»), и «восьмидесятников» («либералов») самим себе, и начать выстраивать новые, актуальные уже современности, политические структуры. Да, это тяжело – и даже не совсем понятно, с чего начинать. Но оставаться в рамках давно уже протухших дискурсов уже невозможно. Так что выбор делать все равно придется.
И дело даже не в том, что «суперстар» того времени – Владимир Вольфович Жириновский – набрал 5,65% (кстати, не сильно меньше «прошлых» 6,22%). Ну, а Явлинский с Бабуриным – такие же, «гранды» минувшей эпохи, чьи фамилии звучали в СМИ, когда упомянутая Ксюша еще ходила в школу– умудрились уступить данной даме, получив 1,05% и 0,65% голосов! Подобный результат прекрасно свидетельствует, что эти герои вчерашних дней уже никого не привлекают. Однако еще более важно то, что не привлекают и вчерашние идеи и идейные конструкции – на которые до сих пор делает ставку оппозиция. Именно катастрофический проигрыш всех (!) кандидатов – за исключение сами понимаете кого – и есть самый главный итог 18 марта 2018 года. (22,24% в сумме за «неПутина» против 35,23% в 2012 году.)
Разумеется, тут можно ссылаться на неравноправное положение участников, на махинации в ЦИКе, и даже на неудачную идею выдвинуть кандидатуру Павла Грудинина - который, якобы, оказался менее удачливым, нежели Зюганов. (11,77% против 17,18% последнего на прошлых выборах.) Однако это все будет не то. Поскольку и давление на кандидатов-оппозиционеров было всегда – причем, к уровню 1996, когда тот же Зюганов получил 32,03% в первом туре оно даже близко не подходило. (Это только Долоев может удивляться роликам про «гея на передержке». Того же, кто помнит 1996 год, нынешние выборы могут поразить только предельной скукой и предсказуемостью.) Да и указанный Грудинин, если честно, смотрелся на порядок лучше до боли надоевшего всем главы КПРФ – вечно второго, и вечно недовольного. А все заявления, что грудининские счета и другие косяки послужили причиной проигрыша, если честно, банально смешны: к примеру, «компромата» на Владимира Владимировича за последние десять лет было выброшено столько, что «грудининские» счета кажутся невинной мелочью.
* * *
Так что, если бы Грудинин – а точнее, стоящие за ним силы – действительно были интересны народу, то тут все указанные проблемы оказались бы избирателю до лампочки. В самом деле, что, кто-то надеялся, что «директор совхоза» должен напоминать героя советских фильмов, живущих в избе и бегающих по полям в кирзовых сапогах? (Или, в крайнем случае, катающимся на УАЗике.) Да у того же Жириновского еще когда все это было – помню, в начале 2000 годов публиковали список имущество данного политика, так там одних квартир были десятки. (Еще помню несчетное количество автомобилей: по каким-то причинам все партийное имущество в это время «вешалось» на одного человека.) Потому, разумеется, все уладили – однако как в то время, как на «Жирике» висело все немалое партийное имущество, ЛДПР и он лично набирали высокие проценты. Просто потому, что идеи, декларируемые данным политиком – да, хотя бы «мы за русских, мы за бедных», или, например, требование вести активную внешнюю политику («омыть сапоги в Индийском океане»), в то время оказывались созвучными массовым настроениям.
В самом деле: страна жила в нищете, и одновременно, в постоянном унижении – когда называться «русским» было просто неприлично. Поскольку это значило одновременно и указанное «нищебродство», и «природное рабство в течение тысяч лет». А главное – необходимость находится в приниженном состоянии относительно «великих наций», у которых требовалось учиться, учиться и еще раз учиться «нормальной жизни». И уж только потом, если получиться сломать свою «тоталитарную природу», можно надеяться на какое-то место в текущей реальности – пускай «у параши», но другого проклятая страна и не заслуживает. Именно что-то подобное тогда являла «официальная идеология» - то есть, общепринятое представление о жизни. Неудивительно, что по сравнению с ней идеи и сам образ лидера ЛДПР казались привлекательными – да они, собственно, и строились именно на борьбе с подобным.
Но теперь-то все это далеко в прошлом. Концепция «ублюдочной России» перешла из разряда официального мейнстрима в мейнстрим «либеральный» - то есть, оппозиционный. А потом вообще ушла из политического поля – оставшись исключительным достоянием «нового русского искусства». (Которое не новое, не русское, и не искусство – но об этом надо говорить отдельно.) В связи с этим основные обещания Жириновского стали бледнеть – и никакая харизма не помогает. Ну, в самом деле, как же это быть «за бедных» - если правительство только и делает, как обещает «борьбу с бедностью». Правда, не сказать, чтобы эта «борьба» оказывается особо результативной – хотя, в принципе, такой откровенной нищеты, как лет двадцать назад, нет – однако и «оппозиционер» ведь только обещал. То же самое касается и внешней политики. И остается один только «Жирик» - сильно постаревший клоун и шоумен. И кому он нужен? (В результате чего за ЛДПР голосуют чуть ли не исключительно в «мемериальном плане» - то есть, если человек лет двадцать назад это делал, то он продолжает делать это сейчас. Просто по инерции.)
* * *
Однако то же самое касается и остальных оппозиционеров – за исключением Собчак, которая, как уже было сказано, «сорвала банк», объявив себя «кандидатом против всех». Ну, про либералов, как уже было сказано, можно вообще не упоминать – поскольку они свою настоящую людоедскую программу давно уже отдали «деятелям культуры», а сами взяли «социал-демократическую», однако им это не помогло. Слишком сильно они оказываются связанными с пресловутым «утилизаторством» - концепцией, которая для нашей страны значит только одно: смерть. Однако то же самое можно сказать и про «патриотов», включая «народных» (то есть, КПРФ) - основой концепции которых до сих пор составляет борьба с «оккупационным режимом». (Тогда, когда он, разумеется, никакой не оккупационный – и, кстати, не был им даже при Ельцине. Вот «утилизационным» был, но утилизация и оккупация – это разные понятия.) И которые до сих пор «топят» в основном на «убогое положение России в мире» и неудачу во внешней политике. Тогда, когда в реальности именно последнее «поле» представляет собой наибольшую удачу режима. И даже пресловутые «санкции» вряд ли могут помешать этому процессу.
Кстати, с т.з. обывателя все эти санкции-контрсанкции вряд ли могут рассматриваться, как самый важный предмет в жизни. Ну да, большая часть сыра и молока производится из «растительного сырья». Но ведь ровно такой же процесс проистекает практически по всему миру. В самих же Соединенных Штатах большая часть продуктов – давно уж обыкновенное дерьмо. Да и в Европе, если честно, тоже – разумеется, если речь вести о том, что употребляет большинство. Поскольку те самые «натуральные деликатесы», что так привлекают наших «оппозиционеров», местные жители вряд ли могут назвать своей постоянной пищей. Так и в России можно найти магазины «натуральных продуктов» - только вот народ в них вовсе не толпится, предпочитая закупаться на распродажах в «Пятерочке». Почему – надеюсь, не надо говорить.) Так что большая часть как раньше не покупало Parmigiano Reggiano по полторы тысячи рублей за килограмм, так и сейчас не покупает его по три тысячи. (А вот неполучение зарплат годами – то есть, то, что было двадцать лет назад, откладывается в памяти навсегда.)
Но это так, отступление. А в целом можно сказать, что практически все акценты, на которых делали свою пропаганду «народно-патриотические силы» («оккупация», «воровство», «обнищание народа»), давно уже «перехвачены» властями. В результате чего последние со своими жалкими потугами закономерно остаются «на бобах». Да что там – даже пресловутые жалобы «оппозиции» на итоги голосования давно уже вызывают даже не смех – шутка, повторенная десять раз, перестает быть смешной – а исключительно зевоту. Дескать, вот опять Зюганов после выборов будет кулаками трясти! (Да, тут почти по Фрейду: глава КПРФ в 1996 году «уступил» свою победу во втором туре Ельцину – поскольку иначе «утилизаторы» утилизировали его прямо на месте. И теперь каждый раз пытается вновь закрыть указанный «гештальт».) В результате чего вся эта «свистопляска девяностников» с каждым годом интересует все меньшее и меньшее количество народа.
* * *
Так что текущие результаты вряд ли могут рассматриваться, как выпадающими из общих тенденций – напротив, они лишь иллюстрируют завершение указанного периода в политике. А следовательно, ставят вопрос: а что дальше? В том смысле, что, разумеется, можно расслабиться и «лечь» под власть – однако понятно, что это вряд ли хорошее решение. Тем более, что нынешний режим – так же, как и весь остальной капиталистический мир – с каждым годом все глубже погружается в глубины Суперкризиса. В смысле, начинает испытывать реальные, а не выдуманные «оппозиционерами» проблемы, и, что самое главное, потенциально не может найти решение на них. Собственническое общество, господствующее сейчас, неизбежно убивает себя само – так, как это вытекает из его глубинной природы. А значит, проблема дальнейшего существования страны остается открытым.
Вот ее решение –а равно, решение массы «сопутствующих» этой самой Катастрофе проблем – и должно стать повесткой для всех разумных людей на будущее время. В том смысле, что стоит предоставить мертвым хоронить своих мертвецов – то есть, бороться с «оккупацией», с «проклятым совком», с «тысячелетним рабством» и т.д. – а самим переключится на будущее. То есть, оставить и «девяностников» («патриотов»), и «восьмидесятников» («либералов») самим себе, и начать выстраивать новые, актуальные уже современности, политические структуры. Да, это тяжело – и даже не совсем понятно, с чего начинать. Но оставаться в рамках давно уже протухших дискурсов уже невозможно. Так что выбор делать все равно придется.
