![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
anlazzГоворить о причинах, благодаря которым российская – и, шире, вообще, постсоветская – политическая жизнь оказалась практически лишенной «опоры в массах», сложно. Потому, что тема эта, конечно, актуальная, однако при этом совершенно не вписывающая в современный «политологический мейнстрим» – целиком и полностью находящийся в рамках описанной «элитарной модели». Согласно которой вся политика определяется решениями элит – а точнее, применяемыми ими политтехнологиями: от пропаганды до «оранжевых революций». Собственно, подобные идеи в настоящее время оказываются настолько широко укреплены в сознании и обывателей, и «лиц, принимающих решение», что вопрос о том, могут ли люди выходить на улицы и вообще, применять те или иные формы политической борьбы без «мудрого руководства», вообще не ставится. (Что приводит, порой, к забавным ситуациям – например, еще лет десять-пятнадцать назад на вопрос о том, почему, протестное движение против «антинародной власти» столь жалко, было принято отвечать: нет вождей! Дескать, отсутствуют среди нас Ленины-Сталины, поэтому некому поднимать народ на восстание.)
Тем не менее, проблемы остаются, даже если выйти за рамки указанной концепции. В том смысле, что поразительная неспособность людей к объединению – при том, что не так давно (по историческим меркам) они прекрасно это делали – кажется потрясающей странностью. Попытки объяснения этого феномена через «торжество эгоизма», индивидуализма и «атомизацию» современного общество в данном случае выступают всего лишь «перефразом» поставленной проблемы. Ну да, у людей плохо с кооперацией, потому, что они атомизированы. А атомизированы они потому, что у них плохо с кооперацией. («Сепульки – смотри сепулькарий. Сепулькарий – смотри сепульки».) Впрочем, понятно, что указанное явление – «некооперативность-атомизация» - все таки имеет какие-то основания для своего существования, и даже более того – причины для своего появления.
Поэтому связывать его с какими-то «органическими» свойствами человека – как это любят делать некоторые современные мыслители, доказывая «естественность индивидуализма» - бессмысленно. Тем более, что, как указывалось уже не один раз, в течение большей части человеческой истории homo sapiens существовал исключительно в условиях кооперации. (Даже при классовом обществе продолжали оставаться некие элементы прежней общины и прочие элементы кооперации.) Поэтому несколько более близкой к истине оказывается другая идея – утверждение о том, что указанная «кооперативность» - а точнее, тот механизм, что отвечает за нее – в настоящее время существует, но «загружается» другими задачами. К примеру, вместо личных контактов люди проводят время в разного рода «социальных сетях». Впрочем, эта теория довольно забавна тем, что впервые появилась еще тогда, когда никаких «сетей» не было – и даже Интернет, как таковой, считался диковинкой. Конечно, тогда она звучала по другому – как «люди смотрят телевизор и тем самым удовлетворяют все свои потребности в информации» - но суть ее была примерно той же самой. (В том смысле, что некая особенность человеческого сознания, «заточенная» под информационное взаимодействие, находится в состоянии «постоянной занятости» - и поэтому не может быть применена по прямому назначению.)
Кстати, забавно, что в указанный период казалось, что период «общения» людей друг с другом навсегда завершен – что теперь они будут вечно потреблять «продукт вторичный», щедро приготовляемый на «телевизионной кухне». И что с этого времени период «активности масс» навсегда остался в прошлом – в том смысле, что власть имущие навсегда «заняли мозг» обывателя телевизионной жвачкой. В подобной ситуации менее всего ожидалось, что со временем популярность телепрограмм будет падать, а их качественный – не в смысле пользы, конечно, а в смысле, сработанный профессионалами – контент будет проигрывать конкуренцию со множеством реально дешевой и низкопробной информации из «соцсетей. Однако случилось именно это – телевизор проиграл условному «Контакту» (в совокупности с Фейсбуком, Твиттером и Инстаграммом), и известная фраза из фильма «Москва слезам не верит» о том, что «в будущем останется только телевиденье» уже не выглядит гениальным пророчеством. Впрочем, основная идея указанной модели остался прежним. В том смысле, что и в указанной ситуации человек рассматривается, как игрушка в руках неких манипуляторов. (Это, например, проявляется в убеждении, будто за популярными группами в том же «Контакте» стоят некие «тайные силы».)
Тем не менее, для разумного человека указанное изменение может служить достаточным доказательством того, что в реальности указанное явление (манипуляция) занимает в жизни гораздо более скромное место, нежели кажется на первый взгляд. А значит, указанное отсутствие кооперации определяется несколько иными проблемами. Это тем более подтверждается тем, что при переходе от «телевизионной цивилизации» к общению в рамках пресловутого «Веб 2.0» основные вопросы, затрагиваемые последним, остались теми же. То есть – разного рода «развлечения»: сведения «из жизни звезд», легкая и нелегкая эротика, «перемывание костей» знакомым и незнакомым, и т.п. вещи в совокупности с решением «бытовых вопросов» уровня: как быстро похудеть, обжираясь на ночь. (В общем, то, что можно легко увидеть, обратившись в топ ЖЖ.) И это при том, что, в большинстве своем, никакой особой цензуры в указанных местах не существует – разумеется, для соцсетей есть какие-то ограничения, но они на несколько порядков более слабые, нежели для телепередач. (В любом случае, подобная особенность соцсетей прекрасно показывает, что ориентация современного общества на развлечения есть не какой-то особый проект, задуманный «хозяевами мира» - что казалось так очевидным еще лет десять назад – но его системная особенность. Воспроизводимая, в общем-то, при любом «информационном отборе» потребителем.)
Так что указанное объяснение причин народной пассивности через «телевизор» и «интернет» оказывается «неполным»: в том смысле, что показывает ошибочность представления о «ненужности общения» для современного человека. Однако не дает ответа на вопрос: почему же массы, способные долго спорить по поводу того, кто из знаменитостей с кем спит и как лучше испечь шоколадный торт или заменить подшипник ступицы, не желают кооперироваться для решения своих проблем. А о том, что эти проблемы существуют, думаю, ни у кого не вызывает сомнения. Поскольку только уж для самых упертых путинистов, вроде украинца Роджерса, «народ поддерживает Солнцеликого, поскольку последний дал ему все, что можно». Впрочем, Роджерсу простительно подобное представление – он с Украины, где вообще адский ад. Но для жителей России совершенно понятно, что считать проводимую властью политику идеальной – или, хотя бы, приемлемой – смешно. И тот факт, что не только никаких серьезных протестов не существует, но и отсутствует мало-мальски реальная оппозиция «со стороны масс» - поскольку все текущие «оппозиционеры» - и правые, и «левые», то есть, «патриотические» - есть проекты тех или иных представителей элит, свидетельствует только о какой-то загадочной «блокировке» способности к этому действу.
Впрочем, как уже не раз говорилось, никаких «тайн» в системе современного общества нет. Поскольку, единственное, что стоит сказать про него для того, чтобы полностью объяснить все происходящее – это тот факт, что настоящий момент является довольно уникальным с исторической точки зрения моментом перехода от «советизированного», «социализированного» общества к обществу «жестко классовому». К классическому империализму – единственному состоянию, в котором может существовать высокоразвитый капитализм. (Со всеми своими «родимыми пятнами» - а точнее, базисными особенностями, вроде роста эксплуатации или снижения реального уровня жизни.) Причем, этот процесс идет уже довольно давно – однако существующие в обществе представления продолжают оставаться практически теми же, что и раньше. Именно отсюда, например, проистекает практически полное отсутствие «классовой ненависти» к крупным капиталистам. Нет, конечно, олигархов не любят – однако мало кто может сказать, за что конкретно. Именно на этом и паразитируют «патриоты» - утверждающие, что олигахи плохие, поскольку они «не наши»: дескать, выводят деньги за рубеж, поддерживают иностранных производителей и т.д. И, разумеется, если заменить их на «национальных предпринимателей» - то есть, на тех, кто поддерживает «патриотов», то все изменится кардинальным образом. То же самое относится и к разного рода чиновниками – которые оказываются плохи тем, что «воруют». Берут взятки, устраивают распилы и т.д. – в общем, нарушают текущее законодательство.
А вот если их заменить «честными», теми, кто будет чтить закон – как в Европе – то вокруг наступит благодать и благорастворение воздухов. Эти мантры читают уже «либералы» - впрочем, без всякого результата для себя. Поскольку народ каким-то скрытым чувством подразумевают, что его обманывают. (А точнее, знает, что указанные субъекты ничего, кроме лжи, говорить просто не могут.) Но вот понять, что вопрос вовсе не в «честности» и в «национальной ориентированности», а в том, что указанные категории имеют антагонистичные интересы относительно большинства жителей страны, последние, разумеется, не могут. То есть – они не имеют классового сознания, понимания своего места в текущем разделении труда, осознания того, кто враг, а кто друг. Более того, из-за длительного существования в рамках экономически относительно однородного общества проблема «социального антагонизма» практически исчезла из общественного сознания. То есть – современный человек практически не имеет инструментария для ее анализа. Поэтому, даже осознав свое угнетенное положение, он зачастую выбирает ложные (но более привычные) модели для объяснения происходящего. Например, национальные: «чурки не дают проходу, отбирают работу». Или «патриотические»: «Россия оккупирована Западом, у руководства дети за границей, поэтому оно платит туда дань». Или лоялистские: «Запад мечтает уничтожить нашу страну, вводит против нее санкции» и т.д.
Впрочем, как показывает практика, многие, все-таки, осознают абсурдность популярных моделей. И… забивают на политику полностью, предоставляя разного рода «клоунам» - то есть, вождям тех или иных «политических сил» – творить политический спектакль во славу «спонсоров». Результат соответствующий. Тем не менее, стоит понимать, что подобное состояние не вечно – в конце концов, и среди представителей Традиционного общества классовое сознание было, мягко сказать, в зачаточном состоянии. В том смысле, что они могли ненавидеть своих «бар», однако уважать вышестоящее начальство и преклоняться перед Царем. Настоящим, поставленным на престол Высшими Силами. Но, тем не менее, для тех, кто вынужден был «вживаться» в систему индустриального производства, это состояние вскоре прошло – сакральность и неизменность господствующих понятий быстро разрушилась. Ну, а от указанного «контингента» произошло распространение классового мировоззрения на всех остальных трудящихся.
Так что не стоит думать, что указанное положение навсегда. И да, самое главное – стоит понимать, что изменяться оно может только определенным способом. Включающим в себя… Впрочем, как говориться, тут sapienti sat.
Тем не менее, проблемы остаются, даже если выйти за рамки указанной концепции. В том смысле, что поразительная неспособность людей к объединению – при том, что не так давно (по историческим меркам) они прекрасно это делали – кажется потрясающей странностью. Попытки объяснения этого феномена через «торжество эгоизма», индивидуализма и «атомизацию» современного общество в данном случае выступают всего лишь «перефразом» поставленной проблемы. Ну да, у людей плохо с кооперацией, потому, что они атомизированы. А атомизированы они потому, что у них плохо с кооперацией. («Сепульки – смотри сепулькарий. Сепулькарий – смотри сепульки».) Впрочем, понятно, что указанное явление – «некооперативность-атомизация» - все таки имеет какие-то основания для своего существования, и даже более того – причины для своего появления.
Поэтому связывать его с какими-то «органическими» свойствами человека – как это любят делать некоторые современные мыслители, доказывая «естественность индивидуализма» - бессмысленно. Тем более, что, как указывалось уже не один раз, в течение большей части человеческой истории homo sapiens существовал исключительно в условиях кооперации. (Даже при классовом обществе продолжали оставаться некие элементы прежней общины и прочие элементы кооперации.) Поэтому несколько более близкой к истине оказывается другая идея – утверждение о том, что указанная «кооперативность» - а точнее, тот механизм, что отвечает за нее – в настоящее время существует, но «загружается» другими задачами. К примеру, вместо личных контактов люди проводят время в разного рода «социальных сетях». Впрочем, эта теория довольно забавна тем, что впервые появилась еще тогда, когда никаких «сетей» не было – и даже Интернет, как таковой, считался диковинкой. Конечно, тогда она звучала по другому – как «люди смотрят телевизор и тем самым удовлетворяют все свои потребности в информации» - но суть ее была примерно той же самой. (В том смысле, что некая особенность человеческого сознания, «заточенная» под информационное взаимодействие, находится в состоянии «постоянной занятости» - и поэтому не может быть применена по прямому назначению.)
Кстати, забавно, что в указанный период казалось, что период «общения» людей друг с другом навсегда завершен – что теперь они будут вечно потреблять «продукт вторичный», щедро приготовляемый на «телевизионной кухне». И что с этого времени период «активности масс» навсегда остался в прошлом – в том смысле, что власть имущие навсегда «заняли мозг» обывателя телевизионной жвачкой. В подобной ситуации менее всего ожидалось, что со временем популярность телепрограмм будет падать, а их качественный – не в смысле пользы, конечно, а в смысле, сработанный профессионалами – контент будет проигрывать конкуренцию со множеством реально дешевой и низкопробной информации из «соцсетей. Однако случилось именно это – телевизор проиграл условному «Контакту» (в совокупности с Фейсбуком, Твиттером и Инстаграммом), и известная фраза из фильма «Москва слезам не верит» о том, что «в будущем останется только телевиденье» уже не выглядит гениальным пророчеством. Впрочем, основная идея указанной модели остался прежним. В том смысле, что и в указанной ситуации человек рассматривается, как игрушка в руках неких манипуляторов. (Это, например, проявляется в убеждении, будто за популярными группами в том же «Контакте» стоят некие «тайные силы».)
Тем не менее, для разумного человека указанное изменение может служить достаточным доказательством того, что в реальности указанное явление (манипуляция) занимает в жизни гораздо более скромное место, нежели кажется на первый взгляд. А значит, указанное отсутствие кооперации определяется несколько иными проблемами. Это тем более подтверждается тем, что при переходе от «телевизионной цивилизации» к общению в рамках пресловутого «Веб 2.0» основные вопросы, затрагиваемые последним, остались теми же. То есть – разного рода «развлечения»: сведения «из жизни звезд», легкая и нелегкая эротика, «перемывание костей» знакомым и незнакомым, и т.п. вещи в совокупности с решением «бытовых вопросов» уровня: как быстро похудеть, обжираясь на ночь. (В общем, то, что можно легко увидеть, обратившись в топ ЖЖ.) И это при том, что, в большинстве своем, никакой особой цензуры в указанных местах не существует – разумеется, для соцсетей есть какие-то ограничения, но они на несколько порядков более слабые, нежели для телепередач. (В любом случае, подобная особенность соцсетей прекрасно показывает, что ориентация современного общества на развлечения есть не какой-то особый проект, задуманный «хозяевами мира» - что казалось так очевидным еще лет десять назад – но его системная особенность. Воспроизводимая, в общем-то, при любом «информационном отборе» потребителем.)
Так что указанное объяснение причин народной пассивности через «телевизор» и «интернет» оказывается «неполным»: в том смысле, что показывает ошибочность представления о «ненужности общения» для современного человека. Однако не дает ответа на вопрос: почему же массы, способные долго спорить по поводу того, кто из знаменитостей с кем спит и как лучше испечь шоколадный торт или заменить подшипник ступицы, не желают кооперироваться для решения своих проблем. А о том, что эти проблемы существуют, думаю, ни у кого не вызывает сомнения. Поскольку только уж для самых упертых путинистов, вроде украинца Роджерса, «народ поддерживает Солнцеликого, поскольку последний дал ему все, что можно». Впрочем, Роджерсу простительно подобное представление – он с Украины, где вообще адский ад. Но для жителей России совершенно понятно, что считать проводимую властью политику идеальной – или, хотя бы, приемлемой – смешно. И тот факт, что не только никаких серьезных протестов не существует, но и отсутствует мало-мальски реальная оппозиция «со стороны масс» - поскольку все текущие «оппозиционеры» - и правые, и «левые», то есть, «патриотические» - есть проекты тех или иных представителей элит, свидетельствует только о какой-то загадочной «блокировке» способности к этому действу.
Впрочем, как уже не раз говорилось, никаких «тайн» в системе современного общества нет. Поскольку, единственное, что стоит сказать про него для того, чтобы полностью объяснить все происходящее – это тот факт, что настоящий момент является довольно уникальным с исторической точки зрения моментом перехода от «советизированного», «социализированного» общества к обществу «жестко классовому». К классическому империализму – единственному состоянию, в котором может существовать высокоразвитый капитализм. (Со всеми своими «родимыми пятнами» - а точнее, базисными особенностями, вроде роста эксплуатации или снижения реального уровня жизни.) Причем, этот процесс идет уже довольно давно – однако существующие в обществе представления продолжают оставаться практически теми же, что и раньше. Именно отсюда, например, проистекает практически полное отсутствие «классовой ненависти» к крупным капиталистам. Нет, конечно, олигархов не любят – однако мало кто может сказать, за что конкретно. Именно на этом и паразитируют «патриоты» - утверждающие, что олигахи плохие, поскольку они «не наши»: дескать, выводят деньги за рубеж, поддерживают иностранных производителей и т.д. И, разумеется, если заменить их на «национальных предпринимателей» - то есть, на тех, кто поддерживает «патриотов», то все изменится кардинальным образом. То же самое относится и к разного рода чиновниками – которые оказываются плохи тем, что «воруют». Берут взятки, устраивают распилы и т.д. – в общем, нарушают текущее законодательство.
А вот если их заменить «честными», теми, кто будет чтить закон – как в Европе – то вокруг наступит благодать и благорастворение воздухов. Эти мантры читают уже «либералы» - впрочем, без всякого результата для себя. Поскольку народ каким-то скрытым чувством подразумевают, что его обманывают. (А точнее, знает, что указанные субъекты ничего, кроме лжи, говорить просто не могут.) Но вот понять, что вопрос вовсе не в «честности» и в «национальной ориентированности», а в том, что указанные категории имеют антагонистичные интересы относительно большинства жителей страны, последние, разумеется, не могут. То есть – они не имеют классового сознания, понимания своего места в текущем разделении труда, осознания того, кто враг, а кто друг. Более того, из-за длительного существования в рамках экономически относительно однородного общества проблема «социального антагонизма» практически исчезла из общественного сознания. То есть – современный человек практически не имеет инструментария для ее анализа. Поэтому, даже осознав свое угнетенное положение, он зачастую выбирает ложные (но более привычные) модели для объяснения происходящего. Например, национальные: «чурки не дают проходу, отбирают работу». Или «патриотические»: «Россия оккупирована Западом, у руководства дети за границей, поэтому оно платит туда дань». Или лоялистские: «Запад мечтает уничтожить нашу страну, вводит против нее санкции» и т.д.
Впрочем, как показывает практика, многие, все-таки, осознают абсурдность популярных моделей. И… забивают на политику полностью, предоставляя разного рода «клоунам» - то есть, вождям тех или иных «политических сил» – творить политический спектакль во славу «спонсоров». Результат соответствующий. Тем не менее, стоит понимать, что подобное состояние не вечно – в конце концов, и среди представителей Традиционного общества классовое сознание было, мягко сказать, в зачаточном состоянии. В том смысле, что они могли ненавидеть своих «бар», однако уважать вышестоящее начальство и преклоняться перед Царем. Настоящим, поставленным на престол Высшими Силами. Но, тем не менее, для тех, кто вынужден был «вживаться» в систему индустриального производства, это состояние вскоре прошло – сакральность и неизменность господствующих понятий быстро разрушилась. Ну, а от указанного «контингента» произошло распространение классового мировоззрения на всех остальных трудящихся.
Так что не стоит думать, что указанное положение навсегда. И да, самое главное – стоит понимать, что изменяться оно может только определенным способом. Включающим в себя… Впрочем, как говориться, тут sapienti sat.
