anlazz

Перед самым Новым Годом у Кассада вышел пост про достаточно интересное явления – про то, как турецкие курды пытаются построить альтернативу западному феминизму. То есть – самостоятельную «науку» об освобождении женщин, немудрено названную «женологией». Кстати, прочитав это название, я первым делом подумал на работу переводческих «надмозгов», которые взяли какое-то там курдское слово и перевели соответственно своему идиотизму. Однако оказалось, что не – это звучит действительно так: «jineoloji». От курдского «Jin», что значит женщина, и греческого «логос» (λόγος) - что, видимо, должно означать науку. (Довольно забавное словообразование, кстати – поскольку если подходить к данному слову «классически», т.е., с опорой на греческий язык, то должно получится… гинекология.) Впрочем, не будем придираться к словам, хотя и отметим, что указанная нелепость названия все же помогает понять, с чем мы имеем дело в реальности. (Впрочем, об этом будет сказано несколько ниже.)

Пока же стоит отметить, что информация об курдской альтернативе феминизму вызвало определенное возмущение его сторонников. К примеру, Яна Завацкая – Синяя Ворона – ответила на указанный пост своим постом, критикующим указанную «науку» - а точнее, то, что под указанным названием существует. Впрочем, если сама Яна сделала это достаточно корректно, то на ее комментаторов (комментаторш) эта самая «женология» подействовала, как красная тряпка на быка. В том смысле, что «феминистки» (в кавычках) восприняли указанное учение исключительно, как посягательство на свою «поляну» - в смысле, на «женский вопрос». Что выразилось в очень специфическом в плане «групповой солидарности» атаке на него, а так же на тех, кто попытался поставить под сомнение указанную реакцию. Впрочем, если честно – то подобная реакция характерна вообще для любых современных «модных» идеологий: либерализма, национализма самых разных образцов и т.д. (Вплоть до полностью карикатурного «мужского движения».)

* * *

Самое обидное тут то, что за указанным «срачем» оказалось скрытым действительно важная вещь, связанная с указанной «женологией» - на которую не обратили внимание ни Кассад, ни феминистки. И даже умнейшая Яна Завацкая и то прошла мимо – сделав акцент на том, что пресловутая «женология» есть «…антинаучная ахинея про "гармоничные отношения", "особое мировосприятие", "менструации", "гормоны" и "близость к природе".» Впрочем, Завацкая втут практически затронула эту самую важную особенность– но, к сожалению, свернула на привычную «феминистическую критику». Так что сделаю это я. Для чего хочу, еще раз, вернуться к нелепому названию, «псевдогреческое» звучание которого показывает главную особенность «женологии»: стремление получить хоть какую-то институциализацию того, что давно уже существует «явочным порядком». В том смысле, что описанные Кассадом «девушки с автоматами», да еще и командующие отрядами мужчин, у курдов существовали давно. Я читал о них еще в мухинской «Дуэли» лет десять назад – но и тогда явление было далеко не новым. Впрочем, то же самое можно сказать про любые другие подобные варианты – начиная с Китая и Вьетнами и заканчивая Кубой.

В общем, везде, где речь шла о смене «старого порядка» - колониального или полуколониального – женщины неизбежно оказываются вовлечены в процесс. Причина этого явления связана с тем, что колониальный или полуколониальный гнет, как правило, сильнее всего бьет именно по «слабому полу». Просто потому, что мужчины в классовом обществе и так «достаточно» угнетены – поэтому рост угнетения, характерный для колонизаторства, идет именно за счет женской части общества. (Вопрос воспроизводства населения колонизаторов, понятное дело, не волнует.) В итоге освободительная борьба становится для данной половины населения крайне актуальной. Но, в связи с особенностями нашей Вселенной, процесс вовлечения женщин в нее, а так же изменения женской роли в обществе, не ограничивается выходом на «доколониальный уровень» - к традиционной норме. Нет, в полном соответствии с «маятниковой» природой подобных явлений, он приводит к «вознесению» женщины на более высокие социальные уровни, нежели ранее. Тем более, что, как уже говорилось, вопрос воспроизводства населения в подобном положении оказывается вторичным: какой смысл воспроизводиться, если главная проблема – убыль населения за счет действий «врагов». (В «довоенный период» за счет усиленного гнета, в «военный» - за счет прямых убийств.)

Именно подобная ситуация и приводит к появлению пресловутых «девушек с автоматами». Это – однозначная «флуктуация» общественного поля, аномалия, связанная с аномальными условиями, в которые поставили общество. Исчезни они, приди все в норму – и указанная роль постепенно исчезнет, женщина постепенно «вернется» в ее «нормальному» для традиционного общества положению «низшего существа». То есть – речь идет о явлении, скорее, экзогенном, нежели обусловленным внутренней структурой общества. Однако иногда указанная аномалия может продолжаться достаточно долго. То есть – если бы курды победили и построили свое государство, или же, если бы их разбили, и заставили бы интегрироваться в окружающие их общества, тогда бы феномен «девушки с автоматом» исчез бы практически незаметно. Но поскольку ни того, ни другого не происходит, то перед указанным социумом встает серьезный вопрос. А именно – что делать с указанной «флуктуацией».

* * *

То есть – в основном «курдское сопротивление», как можно понять, существует в рамках традиционного общества. Связь с «марксизмом», несмотря на название, тут достаточно символическая – ну, как у русских крестьян до коллективизации. (То есть – лозунги принимаются, ну, а суть… А суть – она для людей индустриального производства, которого, разумеется, данные отряды не имеют.) Поэтому, в целом, данное положение можно с достаточной степенью достоверности считать некоей «расширенной традицией». Но понятно, что в подобном мире существование «этически необоснованного» возвышения женщин является серьезной проблемой. То есть, понятно, что «тактически» люди способны принять подобное, тем более, что в условиях, когда малейшая слабость значит поражение, а то и смерть, вряд ли имеет смысл придерживаться слишком ортодоксального отношения к указанному вопросу.

Однако «стратегически» все это обосновывать все равно стоит. Вот для указанного обоснования и придумывается указанная «женология». То есть: данное «учение» тут оказывается далеко вторичным, что и порождает все казусы – начиная с идиотского названия, и заканчивая не менее идиотским «наполнением». В смысле, всеми этими «разницами между циклическим восприятием времени у женщин и линейным восприятием времени у мужчин» и стремлениями к «гармоничному взаимодействию с природой». (Меня, кстати, очень удивило, что Яна Завацкая не обратила внимание на этот момент.) На самом деле, никакой науки тут, естественно, нет и быть не может. (Какая наука у народа, занятого реальным выживанием в условиях жесткого внешнего давления?) И единственный смысл в данных словах состоит в том, чтобы выстроить «интерфейс» между текущим относительно высоким положением женщин, и их «природной» и «естественной» функцией в традиционном обществе. То есть, еще раз: первичны именно «девушки с автоматами», и их «странное» место, связанное с общей «странностью» ситуации, а вовсе не «женология», как таковая.

И, следовательно, сравнивать ее с феминизмом – то есть, с борьбой женщин за свои права (настоящей борьбой, естественно, а не с тем, что мы видим сейчас) – не просто странно, а очень и очень глупо. Просто потому, что это явления совершенно иного порядка, связанные исключительно обращением к женской фигуре. Так что тот факт, что феминистки – по крайней мере, «сетевые» - крайне резко прореагировали на сам факт существования указанной «идеи», может свидетельствовать только о крайнем кризисе, которое переживает данное движение. (Превращающееся, как уже было сказано, чисто в «узкогрупповую идеологию», которая очень жестко реагирует на любые попытки посягнуть на «интересы группы».) Поскольку в противном случае – если бы они реально были заинтересованы в защите женщин и поднятии их на более высокие социальные уровни – указанная «женология» вызывала бы у них скорее положительное отношение.

Ну, скажем, как «примитивные» идеи крестьян, направленные, тем не менее, на их «освобождение», всегда положительно оценивались марксистами. Хотя с самого начала тут понятно, что речь идет исключительно о доклассовом мышлении, с реальной классовой борьбой имеющем лишь опосредованную связь. Ведь даже такая слабая направленность дает возможность «ухватится за ниточку», и попытаться «повернуть» данную категорию людей в нужную сторону. А тут – какая-то детская реакция из цикла: они в нашу (женскую) песочницу лезть пытаются! Впрочем, о подобных особенностях «идеологий», «течений» и «учений» в развитых странах – в том числе, и в РФ – так же надо говорить отдельно, поскольку это особенность не только одного феминизма (точнее, «феминизма»). А скорее – вообще, всего, что существует в указанном пространстве, включая «левые», «социалистические», а возможно – и «коммунистические» силы. (Именно поэтому я считаю, что ждать чего-то хорошего от «развитых» - невозможно.)

* * *

Так что, если рассуждать в плане исторического прогресса, то стоит, все-таки, поставить на курдов – несмотря на всю эту «женологию» с менструальными циклами в качестве основы бытия. Потому, что в текущей реальности все эти наукообразные мысли не просто далеко вторичны, а имеют значимость около нуля. (У нас их забудут сразу после выхода статьи Кассада – а точнее, уже забыли. Да и на Западе дело вряд ли обстоит иначе.) А вот реальная деятельность по защите женщин, по улучшению их положения в обществе, и наконец, по изменению их социальной роли – пускай и навязанная «внешними условиями» - действительно важна. В конце концов – тут мы переходим к несколько более высокому уровню рассмотрения – именно подобные «флуктуации» и являются в нашей вселенной основанием для прогресса…