anlazz

К предыдущему посту .

Кстати , если рассматривать вопрос о том, какие преимущества имеют молодые поколения перед более старшими, то, прежде всего, стоит обратить внимание на возможность более рационального их (этих поколений) воспитания. Прежде всего, семейного. Это может показаться странным, т.к., с т.з. консерваторов дело обстоит обратным образом. («Чем моложе поколение, тем оно менее воспитано») Но на самом деле ничего странного тут нет, поскольку речь идет именно на возможность, на потенциал – который, как известно, может еще не реализоваться.

Дело вот в чем: в традиционном обществе вопрос образования и воспитания – как уже говорилось – решался «постольку поскольку». (Разумеется, для основной массы населения – хотя и для высших классов эта область была достаточно условной.) Проще сказать: детей «учили» посредством порки, ругани, в лучшем случае – «вдалбливания» прописных истин. (Религиозных или социальных.) Понятно, что эффективность подобного метода была околонулевая, однако до времени ее хватало, поскольку сложность производства была низкая. И овладение большей частью «трудовых операций» происходило само собой – по мере наблюдения над другими работающими и включении в данную работу. (Опять же, с упомянутыми выше тумаками – без них в «традиции» нельзя.)

Разумеется, по мере перехода к индустриальным технологиям эта методика перестала работать – поскольку указанной задачи потребовалось не только колоссальное увеличение объема знаний, но и обретение умения работать с их структурами. (В то время, как в традиционном обществе информационное поле было «плоским».) Овладеть подобными вещами самостоятельно, понятное дело, было невозможным – и поэтому уже с конца XIX века (в развитых странах) главную роль в формировании квалификации работников начали играть «выделенные структуры». А именно: школы, разного рода учреждения профобразования, курсы, наконец вузы.

Тем не менее, «базовые навыки» - например, начальные умения социализации, начальные онтологические понятия (о размерах, о числах, о соотношениях и т.д.) – люди продолжали получали «из семьи». (Даже развитие в 1950-1970 годах системы детских садов не позволяло полностью снять подобный фактор.) Правда, до определенного времени этого было достаточным: для овладения «базовыми навыками бытия», в общем-то, хватало описанного выше «естественного усвоения», а «начальная онтология» давалась начальной школой. (Правда, уровень ее усвоения был невысок – то есть, умение «учить учиться» у людей было развито не очень хорошо, но для относительно стабильного уровня технологий этого хватало.)

Однако с началом кардинальных перемен в жизни – а именно, в связи со взрывной урбанизацией – подобная «лафа» кончилась. В том смысле, что теперь потребовалось вырабатывать у детей такие базовые модели поведения, коих не было перед глазами. (Проще говоря, родители сами еще не знали, как «жить городской жизнью» - но должны были научить этому детей.) Да и развитие производственных систем потребовало существенно повысить гибкость мышления, научить людей приобретать знания не тупой зубрежкой (подкрепленной родительским ремнем), а каким-то иным способом. (Умением разбираться в сути явления, выделять из них главное – ну и т.д., и т.п.)

И вот тогда возникла серьезная проблема. В том смысле, что – как уже было сказано – методик «семейного воспитания» эпоха традиции не оставила. (Пороть ребенка за каждую мелочь, а так же заставлять его запоминать прописные истины – это не очень хороший метод. А точнее – очень плохой.) Поэтому родителям в 1970-1980 годы – когда указанные вещи стали актуальными – пришлось практически «импровизировать», работать «с нуля». Разумеется, на помощь тут приходили разнообразные книги, разработанные педагогами методики – но в реальности этот фактор работал не так хорошо, как хотелось бы. Просто потому, что для работы с подобными вещами необходимо было иметь соответствующие навыки – а их у представителей послевоенного поколения было мало.

Тут надо сразу сказать, что скачок в образовании «бумеров» был колоссальным: их родители, как правило, оканчивали 4-7 школу, а тут практически все имели среднее образование, да еще и с «профессиональным» оттенком – ПТУ (ремесленное училище) или техникум. (А многие – и вузы.) Но и вопросов перед данным поколением стояло очень много – начиная с овладения новыми технологиями и заканчивая выработкой навыков городского бытия. (Обычная судьба: человек родился в тесной избе с телятами – а лет через тридцать начал проектировать ракеты или программировать станки ЧПУ.) Поэтому неудивительно, что они – например – оказались такими наивными в социально-экономическом плане. (Заниматься еще и социально-экономическим образованием для них было слишком сложно.)

Равно как неудивительно, что они не могли стать идеальными «воспитателями» для своих детей. Ну, а отсюда становится более понятными те проблемы, которые испытала молодежь в те же 1980 годы – а так же общество испытало с молодежью в 1980 годы. Кстати, если кто помнит – то они достаточно серьезно волновали тогдашнее общество, вызывая серьезную дискуссию, и вопрос: «Легко ли быть молодым?» был для 1980 годов отнюдь не риторическим. При этом, разумеется, под словом «легко» понималось не то, что кажется естественным нам: скажем, вопрос с получением образования, с трудоустройством, вообще, с экономической обеспеченностью – как раз с последними вещами проблем не было. (Поступить в вуз можно было без проблем даже без занятия с репетиторами –про техникуму-ПТУ и говорить смешно – а работу можно было найти на любом предприятии.)

Нет, речь шла именно что о проблемах с выработкой оптимальных стратегий социального поведения – с коими у молодежи 1980 годов были реальные проблемы. Отсюда – невероятная, кажущаяся странной нам деструктивность поведения молодежи позднесоветского времени. (Кстати, в 1990 годах эта деструкция никуда не делась, став одним из важных составляющих тогдашнего кошмара.) В том смысле, что все эти «неформалы», «любера» и просто «гопники» - с их квазикриминальными представлениями (именно что «квази») – все они были настроены только на одно: ломать, нарушать, разрушать. Бить стекла, ломать лавки, драться друг с другом по любому поводу (скажем, по причине «неправильного» внешнего вида), пить и колоть себе всякую гадость – и это без какой-либо объективной причины.

Разумеется, это была не все представители «молодого поколения» - понятно, что большая часть его вела себя гораздо приличнее – но они прекрасно показывали наличествующие проблемы. (То есть, значительную социальную дезорганизацию – которая у рожденных в 1960-1980 годы проявляется и сейчас. Только в другой форме.) Такова была плата за перевод страны в «современную форму». Причем, ИМХО, избежать данной опасности в указанной ситуации было бы крайне тяжело. А точнее – это можно было бы сделать при ее осознании, и при принятии превентивных мер, но возможность последнего есть отдельный вопрос, и рассматривать его надо отдельно. Тут же следует обратить внимание на нечто иное. А именно: на то, что уже в следующем поколении данная беда оказывается если не уничтоженной вовсе – то, по крайней мере, компенсированной.

Разумеется, при прочих равных условиях – то есть, если бы наличествовали та благоприятная для жизни человека среда, что была в тех же 1960-1980 годах. Поэтому прямо сравнивать «то» и «это» положение не стоит: например, колоссальное падение уровня государственного образования – включая внешкольное – приводит к возникновению новых бед в плане формирования современной молодежи. (Еще раз: в позднесоветское время можно было спокойно поступить в вуз безо всяких усилий со стороны родителей – сейчас же это выглядит фантастикой.)

Но вот в плане «семейного воспитания», в плане придания начальных социализационных и онтологических навыков современные поколения – вопреки всем завываниям консерваторов – находятся в гораздо лучшем положении. Точнее сказать, опять-таки, в случае, если условия их жизни оказываются хоть как-то сравнимыми с жизнью в позднесоветские времена. (Скажем, если семья не находится на уровне катастрофической бедности или нищеты – как многие современные семьи. Или, скажем, если в месте ее проживания остались хоть какие-то более-менее приличные школы.) Поскольку их родители могут выстраивать более рациональные воспитательные стратегии, нежели раньше.

То есть, еще раз: если современный человек имеет желание и возможности заниматься своими детьми, то для него это оказывается проще, нежели для его родителей. Поскольку он имеет в своем «багаже» и их опыт в воспитании. (Фактически первый опыт в истории – поскольку раньше см. выше.) А так же возможность пользоваться различными разработанными методиками. Поэтому «воспитанные дети» сейчас – ИМХО – умнее и социализированнее, нежели в 1980 годы. Ну, а те, кого родители по экономическим причинам «забросили» - с теми, думаю, все понятно. (Отсюда проистекают интересные эффекты, вроде уже не раз описанной сегрегации учащихся – причем, вопреки желаниям властей.)

Но обо всем этом надо говорить уже отдельно. Тут же, еще раз – во избежание недоразумений – стоит указать, что речь идет именно что о потенциале. О вероятности, которая могла бы сбыться – в том смысле, что СССР мог бы, вообще, получить «беспроблемную» молодежь к 2010 году, если бы пережили «проклятые 1980-1990 годы». Разумеется, он не пережил, а политика новой власти, которая вот уже три десятилетия только и делает, что «оптимизирует» образовательную систему, а так же загоняет родителей в вечную конкурентную гонку, раскрытию данного потенциала не способствует. Тем не менее, даже в подобном тяжелом положении некоторые эффекты его (потенциала) проявляются.