anlazz

А вот теперь пришло время рассказать о той самой ошибочной предпосылке, на которой – как было сказано в прошлом посте – собственно, и основывается движение современного мира к его неизбежному закату. Поскольку построенные на ее основании стратегии приводят исключительно к ошибкам – с соответствующим результатам. Причем данная закономерность наблюдается почти во всем мире – начиная с РФ и заканчивая США.

Итак, эта самая предпосылка состоит в уверенности в том, что «СССР проиграл Западу в Холодной войне» или, вообще, «СССР проиграл Западу». На самом деле это даже не идея, а сверхидея, в которую верят все. Не только либералы-западники, для которых, понятное дело, в указанном конструкте заключен сам смысл жизни. (Наверное, не надо объяснять: почему?) Но и т.н. «патриоты», воспринимающие «поражение СССР», как свидетельство ошибочности «коммунистического учения» для России. (Дескать, если бы она не «приняла» пресловутый «коммунизм», то не пережила бы и своего распада.) Разумеется, злорадствуют от «поражения СССР» националисты – поскольку для них это выглядит самым ярким свидетельством гибельности интернационализма. Ну, а про различных монархистов и консерваторов, думаю, и говорить нечего.

Впрочем, принимают указанную концепцию и разнообразные левые – кои видят в «поражении СССР» проявление ошибочности «тоталитаризма» по сравнению с социал-демократией «развитых стран». И даже многие коммунисты. Последние, понятное дело, считают случившееся трагедией, в значительной мере связанной со внутренним предательством. Но сути это не меняет, поскольку их представление основывается на той же самой предпосылку: на том, что Советский Союз оказался слабее, нежели его противники. (Пускай даже потому, что позволил прийти предателям к власти.)

Разумеется, на Западе наличествует то же самое – ну, за исключением отсутствия сочувствующих к погибшей стране. (В том смысле, что если «тут» часть «патриотов» - а так же значительное число левых и все коммунисты – считают случившееся «главной геополитической трагедией ХХ века, то «там» практически все убеждены в «прогрессивности» данного события.) Поэтому неудивительно, что в течение последних 30 лет базовой концепцией современного мира выступало (и продолжает выступать) полное и безусловное отрицание всего того, что могло быть связано с погибшей страной. Это самое «все связанное» с 1990 годов принято обозначать ругательным словом «тоталитаризм». (На самом деле это – именно ругань, поскольку реального содержания в данном понятии нет.) Которому противопоставляется, понятное дело, «демократия» - под которой в данном случае подразумевается не форма правления, а некая особая социально-экономическая конструкция. (С базисом в виде приоритета «свободного предпринимательства» над всем остальным. Включая, собственно, и демократию в привычном понимании.)

Отсюда не стоит удивляться тому, что все планы и стратегии 1990-2020 годов выстраивались и выстраиваются в безусловном убеждении в том, что любые методы, хоть как-то схожие с «советскими» - начиная с государственного финансирования крупных проектов и заканчивая ограничениями на перемещение капиталов – ведут только к поражению. И наоборот, что любые несоветские – а уж тем более, «антисоветские», открыто отрицающие то, что было в СССР – решения приводят к успеху. Начиная с приватизации – которая стала рассматриваться, как «палочка-выручалочки» еще до распада Советского Союза. (Но уже после остановки его развития в конце 1970 годов.) И заканчивая разнообразными «гражданскими инициативами», под коими понимается действие пресловутых НКО.

Причем, этому не помешало, например, то, что приватизированные еще в 1980 годах (в Западной Европе) отрасли, как правило, не только не продемонстрировали активного роста, но, в большинстве случаев, оказались в жесткой стагнации вплоть до разрушения. (Например, это относится к британской угольной и металлургической промышленности, или, скажем, к предприятиям бывшей ГДР.) Как, впрочем, происходит и со всеми остальными «инициативами» - вплоть до последних «климатических».

Более того, исходя из указанной картины мира, вот уже тридцать лет составляется своеобразный «рейтинг» государств по их «потенциальной успешности». В котором – как нетрудно догадаться – низшие места занимают страны, сохранившие социализм или отдельные элементы социализма. Например Куба или КНДР, которые все это время рассматривались, как ближайшие «кандидаты» на развал. (Собственно, именно поэтому к различным «программам» той же Северной Кореи в 1990 годы было такое снисходительное отношение. Поскольку считалось, что данной стране «недолго осталось», и что единственная опасность от нее – это масса голодных беженцев после развала.) Но, разумеется, только этими государствами дело не ограничивается, поскольку в качестве «проблемных» всегда рассматривались любые страны, которые не выбрали себе путь однозначного отрицания «совесткого опыта».

Например, Китай. Да, именно так: несмотря на все «дэн-сяюпиновские реформы» данное государство вплоть до конца 2000 годов (!) воспринималось в мире, как «полусоциалистическое». А значит – неспособное к «реальному экономическому развитию». Было убеждение, что единственная роль, которую КНР может играть – это «сборочная площадка» разного рода дешевой и некачественной продукции. (Которая осуществляется в «прогрессивных» - в смысле, рыночных – мелких предприятиях под чутким руководством Запада. И на западные же деньги.) Государственная же экономика данной страны есть не актив, а пассив – и даже приватизация если чем и поможет, так лишь чистым уничтожением данной «глыбы». (Поэтому Китай все 30 последних лет буквально заваливали советами о том, что «надо приватизировать государственную экономику – и тогда будет хорошо».)

Разумеется, сейчас понятно, что это было гениальное попадание пальцем в небо, обеспечившее, собственно, человечеству будущее. Без шуток: если бы Запад в 1990 годы смог бы верно предсказать будущее Китая, то он, понятно, обязательно попытался бы уничтожить его. (И тем самым замкнул бы Землю в одном «железном котле» единой глобальной экономики – той самой «Железной пяты», о которой писал Джек Лондон.) То же самое, впрочем, происходило и с Вьетнамом и даже Ираном. (Который, понятное дело, социалистическим не был – но отдельные элементы «социализма» там находили.) В том смысле, что все эти страны были «приговорены» к падению. (Что, правда, в действительности было им, скорее, на руку – см. сказанное выше.)

На другой же стороне, понятное дело, оказались страны, принявшие курс радикального отрицания социализма. Т.е., государства Восточной Европы и бывшие республики СССР. Которые в 1990 годах считались «локомотивами будущего» - в том смысле, что именно они должны были стать в недалеком времени новыми экономическими гигантами. Причем, дело не ограничивалось исключительно «моральным поощрением» - напротив, вложения в ту же Восточную Европу были колоссальными. (Ну, а как иначе – это должны были стать новые «экономические тигры», наподобие Японии и Южной Корее.) Например, только в одну Польшу с 1991 по 2020 год были вбухано порядка 250 млрд. $!

Еще раз – четверть триллиона долларов было выделено данной стране «просто так», в порядке «стимулирования развития». (На самом деле, большая часть денег давалось, как кредиты – но под очень «мягкие» условия. Более того – часть кредитов была впоследствии «прощена».) В результате чего Польша весь период с 1991 по 2020 прошла под знаком «экономического роста» - при этом рос и уровень жизни населения. Правда, результатом данного «роста» стало почти полное уничтожение польской промышленности: судостроение, авиастроение, автомобилестроение, приборостроение и т.п. отрасли – которые были развиты при социализме – практически исчезли. (То есть, оказалось, что даже огромные вливаемые деньги не способны «поднять» тут развитое производство.) И, в лучшем случае, если что осталось – так это примитивная «отверточная сборка» и сельское хозяйство. (Так же не сказать, чтобы развитое и основанное на дешевом труде мигрантов из других восточноевропейских стран.) Но это в лучшем, поскольку значительная часть «польской экономики» - это чистые финансовые спекуляции.

То же самое можно сказать и про всю остальную Восточную Европу + Прибалтику. В том смысле, что триллионы (!) долларов, влитые сюда с 1990 годов, в действительности привели лишь к «внешним» изменениям. (То есть, «туристическая» картинка стала красивой – хотя реально туризм для данного региона так и не стал значимой отраслью.) Реальное же производство – даже с учетом того, что оно почти полностью попало в руки западноевропейских владельцев – оказалось в глубокой яме. (Забавно – но в Латвии в этом году прекратилось даже производство знаменитых шпрот.)

Что же говорить про те страны, которые указанного «золотого дождя» не получили? Вроде Грузии, Молдавии или Армении. (Про Украину, вообще, умолчим – это клиника.) Разумеется, сказать нечего – поскольку и так ясно, что не только экономика, но и сама жизнь там пришла к очевидному минимуму. В отличие – напомню – от указанных выше «государств с социалистической экономикой» или «имеющих элементы социализма», кои, как не странно, не просто выжили, но и вышли на этап развития. По крайней мере, про КНР это можно сказать – причем, с учетом того, что «локомотивом» этого развития стал именно государственный сектор. Про КНДР вообще лучше не поминать – в том смысле, что данное государство с ничтожными ресурсами стало действенным актором мировой политики. (В том смысле, что может посылать по известному адресу США – и быть спокойным за свое будущее.)

То есть, можно сказать, что стратегии, основанные на прямом вмешательстве государства в экономику и прочих «социалистических элементах» (вроде развития мощной образовательной сферы), оказалось гораздо более продуктивной, нежели стратегии, выстроенные на основе «стимулирования бизнеса», «прозрачности экономики и государства», международной интеграции и прочих идолах 1990 годов. И поэтому все те начинания и проекты, что планировались на основании господствующего тогда «корпуса идей» - пресловутого антисоветизма – практически все оказались проваленными. (Впрочем, как уже было сказано – это все к лучшему. Поскольку единственным итогом реализации «мечтаний 1989-1993 годов» было бы создание джек-лондонской «Железной пяты».)

Реальным же результатом всего этого стала утрата не только Штатами своей мировой гегемонии – которую они неожиданно обрели в 1980 годах – но и потеря Западом своего главного стратегического преимущества. Того самого, которое веками – по крайней мере, с XVI столетия – обеспечивало ему господствующее положение в мире. (И на которое, собственно, и настроена вся западная социальная «машина» - сиречь, «развитые государства».) Но об этом, понятное дело, надо будет говорить уже отдельно. Так же, как отдельно надо говорить и о том, как же концепция «проигрыша СССР» оборачивается в жизни самой России. Ну, и разумеется, отдельно будет сказано и о том, чем же в действительности является этот самый «проигрыш», и почему он на самом деле никаким не проигрышем не является…