anlazz

К предыдущему посту.

Для того, чтобы понять: в чем же состоит проблема реалистической литературы (искусства), приведу один локальный пример. А именно: вопрос взаимоотношения автора с таким социальным пороком, как пьянство. Напомню, что до недавнего времени пьянство было очень серьезной проблемой, пронизывающей все общество. О том, с чем это было связано, надо говорить уже отдельно. (Впрочем, я неоднократно обращался к данной теме.) Ну, а если кратко, то стоит понимать, что «пройти» процесс взрывной урбанизации без роста потребления алкоголя было просто невозможно.

Напомню, что с 1930 по 1970 год соотношение городского/сельского населения сменилось с 20/80 на 70/30. Наверное, тут не надо говорить, что подобная смена фундаментальных основ бытия – а речь идет не просто о переезде из деревни в город, но о переходе с индивидуального крестьянского хозяйства к индустриальному производству – не могла пройти бесследно для человеческой психики. Поэтому – несмотря на все позитивные последствия этого шага – рост потребления алкоголя наблюдался вплоть до самого конца 1970 годов. В 1980 – как это не покажется странным, он остановился. Что было связано с приходом в жизнь уже полностью городских поколений. (Ну, а о том, почему в 1990 годы началась «новая итерация» роста пьянства, думаю, говорить не нужно.)

Подобный процесс, разумеется, был присущ любым странам, прошедшим через подобную трансформацию – однако к 1970 годам урбанизация там давно уже завершилась. Впрочем, в данном случае это не важно. А важно то, что у писателя (или, скажем, художника), жившего в тот период, возникала очевидная дилемма: изображать это явление в своих произведениях или нет. Может показаться, что никакой проблемы тут нет: конечно же, надо изображать, если такая вещь существует. Но данное решение имеет очевидные недостатки. Состоящие в том, что изображение социально-разрушительных явлений в массовой литературе (картине, кинофильме) социально опасно.

Дело в том, что книга (не говоря уж о кино), где показывается то или иное неприятное явление, фактически, ведет к его «легитимизации», снижению порога допустимости и даже – пропаганде. О том, почему так происходит, надо говорить отдельно. Тут же можно только сказать то, что с употреблением алкоголя произошло именно это – в том смысле, что постоянное употребление спиртного в позднесоветских произведениях сделало данной действо буквально «символом России». (СССР.) Наверное, не надо говорить, как это проявлялось – поскольку примеров очень много. Не спасало даже указание на то, что «пьянство – это признак нехорошего человека». (Тем более, что это было не так – многие авторы наделяли любовью к спиртному своих главных героев.)

Однако – что самое неприятное – и «прятать» указанное явление было невозможно. Поскольку это неизбежно вызывало обвинение в «лакировке действительности», и в стремлении скрыть правду. Ну, в самом деле, как показывать тех же слесарей или шахтеров, после работы пьющих кефир и играющих в шахматы, когда каждый видит, что это не так. (И что, в лучшем случае, пьют они пиво, а играют в «дурака».) Поэтому неудивительно, что каждый автор старался хоть как-то, но включить в свое произведения «немного правды». (А некоторые – как тот же Венедикт Ерофеев – включали «всю правду». И ведь обвинить в сознательном «сгущении красок» его не получится: очень многие люди жили именно так.)

То есть, и показывать все так как есть нельзя – поскольку это приведет к пропаганде явления. И заменять реальных людей на «соцреалистические образы» не получится – поскольку читатель однозначно будет отвергать подобные «отображения действительности». Кстати, последнее очень хорошо стоит помнить всем сторонникам «возвращения цензуры». В том смысле, что «цензуру» - на самом деле, негласную установку на скрытие наиболее неприглядных явлений действительности – отменили не просто так, а по желанию основной массы людей. Которые в свое время – условно в 1985-1989 годах – именно, что хотели «видеть жизнь без прекрас». И поэтому яростно скупали все книги «про жизнь» (где пили, ругались матом и т.д.) и ломились на показ пресловутой «чернухи».

Впрочем, понятно, что последнее – далеко вторично. Но сути это не меняет. Ну, а о решении данной проблемы будет сказано уже отдельно…