Почему надо изучать СССР. О "дефиците" 2

Итак, как было сказано в прошлом посте , начать реальное обеспечение населения нашей страны товарами можно было только после того, как в ней будет создан индустриальный базис. Разумеется, это верное в случае, когда  под «населением» подразумеваются все ее жители: понятно, что для 5% «высших» можно устроить «потребительский Рай» даже при мотыжном земледелии. Как это было, например, при рабовладельческой или феодальной экономике, в которой рабский труд или труд нищих крестьян позволяли элите иметь практически все, что пожелаешь. Но понятно, что когда говорят об «отсутствии дефицита», то имеют в виду отнюдь не это. (Хотя неявно часто именно что-то подобное и подразумевают… Впрочем, об этом будет сказано уже отдельно.)

В любом случае можно догадаться, что до тех пор, пока процесс индустриализации страны не был завершен, говорить о сколь-либо значимом «товарном изобилии» было невозможно. Поэтому раннесоветское время, в любом случае, может рассматриваться, как время, безусловно «дефицитное». То есть, в указанный период обеспечить население всеми нужными благами было практически невозможно. Нет, это не значит, что в раннесоветский период люди ходили голодными, разутыми и раздетыми – однако уровень имеющегося обеспечения был, понятное дело, низок. Скажем, та же одежда или обувь носилась не годами даже, а десятилетиями, а потом еще и перешивалась-перелицовывалась. И это в городе – в селе ситуация была еще хуже: тут вплоть до 1960 значимым оставалось производство в рамках своего личного хозяйства. И не только в плане продуктов питания – скажем, те же тулупы-шапки выделывали чуть ли не в каждом втором дворе. (Разумеется, это происходило не каждый год, поскольку подобная выделка требовала значительных затрат времени и ресурсов.)

* * *

Однако сделанная в 1920 годах «ставка на индустриализацию», рано или поздно, но должна была принести свои плоды. И она принесла, обеспечив фундаментальное изменение образа жизни советского населения. Одно только массовое переселение в комфортабельные квартиры чего стоит! Впрочем, только квартирами дело не ограничилось, поскольку менялись самые различные стороны советского бытия. Скажем,  изменилась кулинария – в том смысле, что если до 1950 годов главным видом пищи был хлеб и различные каши (имеется в виду, разумеется, жизнь большинства), то с этого времени началось массовое внедрение иных блюд. Начиная от супов и заканчивая котлетами и пельменями. Наверное, тут надо вспомнить знаменитую «Книгу о вкусной и здоровой пище», впервые изданной еще в 1939 году, но массово вошедшей в советскую жизнь в 1952. (Поскольку подавляющее число привычных для нас блюд – начиная с борща и заканчивая макаронами по-флотски – стали массовыми именно после данного издания.)

Впрочем, одной только «вкусной и здоровой пищей» дело не ограничилось – перемены были везде. Начиная с мебели – коя как раз с 1950 годов начала приобретать привычную нам «конфигурацию». (До этого времени, например, повсеместной была такая архаика, как сундуки и лари, а так же лавки.) И заканчивая одеждой – скажем, именно с указанного времени «утвердилось» привычное для нас деление на одежды верхней на летнюю, зимнюю и демисезонную. До этого многие имели только одно пальто – или еще чаще, армейскую шинель  (последних после Гражданской и Великой Отечественной войн было очень много) – которые и носили зимой, осенью, весной, а часто и летом. Так же популярной стало наличие нескольких видов обуви вместо привычных сапог, кои до этого носились на все случаи жизни. (Впрочем, на селе и сапог не было – вплоть до послевоенного периода там часто самым массовым видом «обувки» выступали лапти.)

В общем, можно сказать, что индустриализаци подняла жителя России из привычной нищеты – в которой всегда существуют 99% обитателей традиционного общества – в совершенно иной мир. ( Read more... )

Почему надо изучать СССР. О "дефиците" 3

Итак, как было сказано в предыдущем посте , советское общество с 1960 годов пережило настоящую «потребительскую революцию». В ходе которой произошла смена «типа быта» большинства с традиционного, для которого была характерна «аскетическая» модель потребления – т.е., приобретались только самые необходимые вещи, «свободные» же деньги копились – на «современную», модернистскую. Предполагающую «открытие» новых потребностей, появляющихся после удовлетворения предыдущих. Наверное, тут не надо говорить, что вершиной данного процесса становится пресловутое «потребительское общество» с его миллионом различных товаров невнятного назначения и сомнительного качества. Которое справедливо подвергается сейчас ожесточенной критике.

Однако надо сказать, что это самое «потребительское общество», само по себе, имеет вполне рациональные основания, связанные с особенностью индустриального производства и модернистского образа жизни. И, если честно, то на определенном этапе развития альтернативы ему нет, поскольку только так становится возможным переход от «исторической нормы», при которой подавляющая часть человечества существует на грани выживания – а порой и за ее гранью – являя лишь «говорящие орудия», лишь инструменты для  правящих классов. (Кои, собственно, только и могут рассматриваться, как «потребностеносители».) Особенно, если учесть, что наиболее отрицательные эффекты данного «общества» начали проявляться лишь после гибели СССР – когда, собственно, и произошла «фантомизация» потребностей. (Т.е., вместо потребности реального человека, «удовлетворятся» начали потребности некоего, созданного маркетингом «фантома». Но об этом надо говорить уже отдельно.)

* * *

Поэтому вопрос о том, «правильно» ли пошло развитие советского общества, которое перешло от указанной выше «аскетической» модели к модели «современной», можно считать решенным. Другое дело, что проблема оказалась с реализацией данного перехода, поскольку – как уже говорилось – скорость изменений была слишком высокой, а главное – крайне нелинейной. В том смысле, что переход на модернистскую модель потребления происходил «скачкообразно»: на определенном этапе представителей «новых поколений» оказывалось достаточным для того, чтобы «перевернуть» всю систему. В советской истории этих переворотов было два: первый – это «приход бэби-бумеров», т.е., первого реально сытого поколения людей, рожденных после Великой Отечественной войны. (Случился данный момент в середине 1960 годов.) Второй же был связано с входом в жизнь детей, выросших уже в новом, «модернистском» мире, который произошел в начале 1980 годов.

Тут следует сказать, что указанные поколения несколько отличаются от поколений в «физическом смысле»: скажем, в начале 1980 «пришли в жизнь» вовсе не «физические» дети бэби-бумеров, которые тогда были еще малы. Но сути это не меняет, точнее, наоборот – еще более «стягивает» по времени происходящие процессы, ускоряя их по сравнению с «нормальным» течением истории. В результате чего между «первой» и «второй» волнами роста потребностей, «расстояние» оказывается всего в десять с небольшим лет. Ну да: «первая волна» началась где-то в 1967-70 годах, и была, в общем-то, «удовлетворительно» купирована вводом новых производственных мощностей. Хотя с мощностями торговыми было уже сложнее: тут уже начал проявляться кадровый голод. В том смысле, что просто взять – и увеличить число продавцов или работников сферу услуг, оказалось невозможным. О том же, чтобы хоть как-то контролировать их «качество», даже речи не стояло: приходилось «держать» всех, начиная от пьяниц и заканчивая «нечистыми на руку». (Разумеется, под последним подразумевается не открытое воровство, а разного рода «серые дела» - вроде продажи товаров «своим из-под прилавка».)

Тем не менее, даже это было еще терпимо. Но в начале 1980 в жизнь начали входить люди, родившиеся в период начала массовой урбанизации ( Read more... )