Хроники конца прекрасной эпохи 2

Прошлый пост я закончил фразой о том, что «ключом» к пониманию особенностей нашего положения выступает словосочетание «прекрасная эпоха». Которой можно назвать период 1990-2010 годов, и которое прямо отсылает к ситуации начала ХХ века. Коя, собственно, и получила исторически подобное название (belle epoque). И – что самое главное – позволяет примерно понять, что же происходило в недавнем прошлом и происходит сейчас. Однако для того, чтобы сделать это, следует ввести некоторое отступление и рассмотреть «ту самую» прекрасную эпоху. Что и будет сделано в данном посте.

* * *

Когда я писал пост, посвященный «Гостье из будущего», и еще раз перечитывал известный текст о «постъядерном мире Алисы Селезневой», то обратил внимание на следующей абзац:

Представьте себя в 1912-ом. Спокойный, комфортабельный мир... Смогли бы вы сообщить этим людям что близжайшие полвека их не ждет НИЧЕГО хорошего - лишь войны, кровь и смерть?»«

В свое время – когда указанный текст только появился в блогосфере – этот момент, если честно, не привлекал внимание. Ну, в самом деле, что тут может быть странного по сравнению с описываемым «переворотом вселенной Можейко»? Возможно, только отсылка к можейковской же: «с тобой (Алисой) было бы много хлопот даже в тихом двадцатом веке». С очевидным смыслом, состоящим в том, что, дескать, каждому поколению его время кажется слишком бурным по сравнению с «тихим прошлым». Кстати, и XIX столетие его обитатели называли «железным», противопоставляя его «романтическому» XVIII веку.

Однако при внимательном – т.е., современном – прочтении оказывается, что данная фраза совсем не так проста. И что в ней скрываются смыслы, ИМХО, превосходящие всю сюрреалистичность идеи «девочки из постъядерного мира». Я имею в виду представление о 1912 годе, как о периоде, «тихом комфортабельном» по сравнению с тем, что случится в последующие полвека. (Кстати, для лучшего понимания, стоит помнить «полвека от 1912» – это будет до 1962 года, а не до 1945 года.) В том смысле, что тут явно выражена мысль о том, что жизнь в «дореволюционный период» была много лучше, нежели в «послереволюционный». Но так ли это на самом деле? То есть – действительно ли родившиеся в каком-нибудь 1850 году «получили счастливый билет» по сравнению с теми, кому «не повезло» проживать во время бурных событий 1914-1962 года?

Нет, конечно, понятно, что наступившая Первая Мировая война – это далеко не курорт. И что перерывшие Европу окопы, «Верденская мясорубка», отравляющие газы и т.п. «прелести военного бытия» вряд ли могут быть названы чем-то особо приятным. Равно – как не может быть названа приятным и Вторая Мировая война вместе со всеми ее особенностями, начиная с создания Лагерей Смерти и заканчивая ядерной бомбардировкой Хиросимы и Нагасаки. Все это, конечно понятно. Однако означает ли это то, что до Первой Мировой войны в мире был абсолютный мир? Разумеется, нет – войны были и в 19, и в 18, и в 17 веке. Правда понятно, что уровень уничтожения людей на них был ниже, нежели в 1914-1918 и 1939-1945 годах в связи с неразвитостью технических средства. (Хотя в той же Тридцатилетней войне умудрились «выкосить» треть Германии. Тогдашними средствами.) Однако общее соотношение потерь к числу мобилизованных в ту же «Наполеонику» было выше, нежели, например, в Первую Мировую.

Очевидно, связано это было с тем, что в войнах прошлого – до 20 века – столетий уровень медицины и гигиены находился где-то около нуля. Что приводило к огромным санитарным потерями – в том смысле, что умереть от дизентерии было более вероятно, нежели от пули. (Скажем, в Крымскую войну в России из 143 тысяч погибших было убито всего 25 тысяч, от ран умерло 16 тысяч, а остальные стали жертвами болезней!) То есть – отсутствие гигиены, в общем-то, оказывалось много более разрушительным, нежели сами средства «человекоуничтожения».

* * *

Однако еще более важно тут другое. То, что страдания и смерть от войны – не единственные в своем роде, поскольку в жизни человека существуют и другие источники зла. Например, те же болезни поражают не только солдат – солдаты лишь находятся в группе риска из-за высокой скученности и мобильности. Однако в подобную ситуацию – т.е., проживание в условиях высокой мобильности и скученности – часто попадают и «гражданские». Причем – если мы возьмем пресловутый «спокойный и комфортабельный» мир образца 1912 года – то неожиданно обнаружим, что как раз в подобном плане там было очень и очень нехорошо. В том смысле, что значительное количество людей вынуждено было проживать в условиях высокой стесненности и перенаселенности, а так же – в условиях необходимости постоянно перемещаться по стране и миру. (Из-за необходимости постоянного поиска работы.)

Дело в том, что в данное прекрасное время – которое, напомню, так и именовалось: «прекрасная эпоха» – положение большей части человечества было далеко не прекрасным. В том смысле, что эта самая большая часть – рабочие, крестьяне (фермеры) – даже в самых развитых странах проживала в ужасающих условиях.( Read more... )