О городах, власти и "антигородской революции"

Изначально я планировал «урбанистический» цикл постов всего лишь для очередного привлечения внимания к «транспортной проблеме». (Которая являет собой прекрасную иллюстрацию «работы» конкурентного общества, умудряющегося создавать проблемы на ровном месте.) Однако оказалось, что затронутая тема значительно выходит за указанные рамки, и затрагивает гораздо более фундаментальные вещи. В частности, она поднимает вопрос о процессе эволюции городов (и представлений о них), о их роли в жизни человека, и, по сути, о самом смысле существования города. Поскольку, как это не странно прозвучит, обыденное восприятие указанного явления крайне далеко от его истинной роли.

Впрочем, это не удивительно – поскольку в реальности мы находимся ни где-нибудь, а на самой границе существования «городской цивилизации». Указанная мысль может показаться довольно необычной: ведь в представлении обывателей именно город ассоциируется со всем наиболее современным – в противовес «отсталой» деревне. Более того, именно взрывной рост городов в течение прошлого столетия, как может показаться, является актуальный трендои изменения человеческой жизни. Это выглядит настолько «естественным», что, «заглядывая в будущее», наш современник продолжает подобный процесс – приходя к не просто к урбанизации, а к «суперурбанизации». То есть, к замене уже «обычных городов» супергородами – мегаполисами. Собственно, этот тренд идет еще со знаменитого «Метрополиса» 1926 года, по сути, и заложившего современную «фантастическую урбанистику» - визуальный образ пространства, заполненного небоскребами и пронизанного транспортными сетями. (О социальном аспекте данного произведения мы пока говорить не будем.)

С тех пор само представление о «городе будущего» - причем, не важно, идет ли речь об антиутопическом или утопическом ключе – остается неизменным: возвышающиеся громады зданий, бесконечные дороги и развязки, заполненные транспортом, массы людей, перемещающиеся с одного места на другое. Единственное различие, наверное, состоит в «цветовой гамме»: там, где это описывается «плохое будущее» - темно и постоянно идет дождь. А там, где «хорошее» - светит Солнце и между небоскребов проглядывает зелень. (Впрочем, уже к 1960 годам, когда подобные образы стали заезженными клише, с ними начали «играть» - скажем, классическая «светлая утопия» у Лема в «Возвращении со звезд» оказывается не совсем светлой и не совсем утопией...)

* * *

В любом случае, общепринятым является представление о том, что будущее – это город. Правда, периодически возникает альтернатива в виде «экологической цивилизации» - типа возврата в деревни и перехода к «органическому существованию». Но особой популярности она не находит – поскольку любой разумный человек понимает, что «возврат к природе» в реальности невозможен. (Точнее, возможен – но с возвратом всех «прелестей» прошлого, вроде колоссальной детской или женской смертности.) Так же существуют попытки создания некоего «промежуточного образа» - то есть, того же города, но без небоскребов. Скажем, на базе уже не раз помянутой субурбии. Причем, речь тут идет не только о жилых кварталах, но и о пресловутых офисах. В том смысле, что последние делаются «разделенными»: последний пример подобного – это пресловутая «удаленная работа», которая лет двадцать назад многим казался панацеей от «городских проблем», но со временем этот тренд затух.

Но эту концепцию, по сути, преследуют те же проблемы, что и «классический мегаполис». В том смысле, что при реальном – то есть, выходящем за пределы художественного вымысла – рассмотрении становится понятным, что проблемы с коммуникациями тут оказываются еще более критичными. (Из-за высокой их протяженности.) Что же касается пресловутых «экологических проблем» - то есть, отрицательного воздействия человека на окружающую среду – то она у «субурбийной системы» оказывается не ниже, а выше, нежели у города в привычном понимании( Read more... )