anlazz: (Default)
Вот теперь пришло время обратиться к тому, ради чего все затевалось. А именно – связать события прошлого, и особенности текущего дня. Поскольку, как уже не раз прямо говорилось, эти ситуации очень и очень близки. (В этом смысле просто поражает удивительная способность некоторых не видеть очевидное. И, например, приравнивать современность к ситуации… перед Второй Мировой войной. Хотя как раз с подобным временем у нынешнего мира практически нет ничего общего.) А именно – речь идет о том, что существующий мировой порядок очень близко подошел к пределу, за котором он вообще существовать не может. Причем – в своем базисе, в той основе, на которой выстраивается все остальное. В сфере экономических отношений. Конкретно же, как уже не раз говорилось, и сто лет назад, и сейчас мы можем наблюдать процесс исчерпания имеющихся рынков.

Причем, динамика этого исчерпания схожа до мельчайших деталей: вначале речь идет об активном их переделе, причем самыми главными «передельщиками» выступают т.н. «новые индустриальные экономики». Век назад это были Германия и США. Сейчас – Китай и страны Юго-Восточной Азии. Но кто бы не выступал в подобной роли, делают они то же самое: а именно, довольно резко «спускают» стоимость, создавая для промышленности «старых» экономик серьезные проблемы. Кстати, именно это явление привело в свое время к появлению известной надписи: «сделано в…» (made in). Так в Великобритании маркировали германские товары – с тем смыслом, что, дескать, сделанное во Втором Рейхе представляет собой низкосортную подделку под настоящее британское качество. Да-да, именно так – о знаменитой «немецкой добросовестности» в это время никто не подозревал, и брали германские товары тем же, что и через сто лет китайские. Ценой. Что очень-очень-очень огорчали английских производителей, ведущих свою историю еще с наполеоновских времен. Именно это самое обстоятельство привело к тому, что в начале XX века британцы, столетиями бывшие горячими приверженцами идеи «фритрейдерства», стали вдруг задумываться о заградительных пошлинах.

<DIV style="TEXT-ALIGN: center">* * *</DIV>
Но торговые войны, как можно догадаться, представляли собой лишь первый этап Суперкризиса. Очень скоро данный ресурс оказался исчерпан, и на смену ему пришли совершенно иные методы.<lj-cut> А точнее – один метод, тот самый, который применяется тогда, когда все остальное уже не помогает. То, что обычно именуется «продолжением политики иными средствами» — т.е. война. Мировая война. Но о ней мы пока говорить не будет – а вернемся чуть назад, в ту самую (прекрасную) эпоху, когда рынок уже был исчерпан, но всеобщая мобилизация еще не объявлена. И отметим, что, помимо массовой интервенции дешевых и качественных товаров это самое время было отмечено и еще многими довольно приятными моментами. Например, «переполнение» капиталов в локальных нишах приводило к тому, что они «дешевели». В том смысле, что получить деньги в долг становилось все проще – причем, под небольшие проценты. Ведь удивительно – но еще в начале XIX века даже в развитых странах прекрасно существовали ростовщики. Те самые, неоднократно воспетые в художественной литературе, которые давали деньги под грабительские проценты, а затем – жадно отбирали последние гроши.

Однако&nbsp;к концу того же&nbsp;века они стали неактуальны. А точнее – остались лишь в очень узкой нише: предоставление услуг для самых нищих слоев населения. (Ну да – те&nbsp; самые «деньги за 15 минут», которые даются без залога и проверки кредитноспособности, и основываются на полукриминальных механизмах, и полукриминальных средствах.) Все остальные же вполне легально могли прийти в банк и получить ссуду. Причем, речь шла не только, и не столько о частных лицах. Период начала Суперкризиса – «золотое время» для организации разного рода полусомнительных и сомнительных компаний, обещающих получать деньги из воздуха. И поистине «бриллиантовый период» для разного рода аферистов. Поскольку вкладывать средства в реальное производство было бессмысленным – все равно, продать что-либо почти невозможно – то мысль о том, что есть какой-то иной путь получить огромные прибыли, быстро отбивала все сомнения. Это, кстати, породило особый бум изобретательства – а точнее, «изобретательства», в том смысле, что создавались самые нелепые конструкции, вызванные решить любые имеющиеся проблемы без учета наличных законов природы. Точнее сказать, подобные конструкции создавались всегда, но именно в условиях переполненных рынков они становились актуальными: обычные-то изобретения, по умолчанию, должны были обычно же конкурировать на перегретых рынках. А «суперидеи» изначально были вне конкуренции.

Подобный процесс, кстати, для потомков показался «бумом открытий» и «всплеском творчества», хотя его реальный результат был довольно скромен. Впрочем, если для научно-технической сферы особо обмануть природу было невозможно, то для сферы художественной это удалось вполне. Можно даже сказать более – именно с этого времени начались такие эксперименты над художественным вкусом, что «сломали» его на последующее столетие. По крайней мере, именно со времен начала XX века понятие «прекрасного» и «безобразного» стало почти неразличимым, а главным героем всех пьес, романов, поэм и картин стала невротическая, психически больная личность, зачастую открыто деструктивная. Впрочем, то же самое стоит сказать и про самих «людей искусства». Эта нанесенная искусству рана так и не смогла затянуться в течение нескольких десятилетий – до тех пор, пока новый Суперкризис не актуализировал заново похожие процессы.
А причина всего этого – та самая перегретость рынков, создающая готовность вкладываться в каждого «чудака». (Поскольку все «нормальные» пути вложения денег давно уже заняты.) Кстати, интересно, что наиболее сильно подобный процесс зашел именно в России – где, как уже не раз говорилось, мировой Суперкризис складывался с кризисом локальным. Именно эта адская смесь стала тем «бульоном», в котором зародился пресловутый «Серебряный век» - удивительный мир невротизма, мистицизма, эротизма&nbsp; психопатии и стремления сделать то, что никто больше не делал. (Впрочем, после разрешения Суперкризиса именно из него вышел русский авангард – создавший актуальнейшие решения. Причем, некоторые из них – такие, как конструктивизм в архитектуре – имеют несомненное всемирно-историческое значение. Но это – после сами понимаете чего…)

<DIV style="TEXT-ALIGN: center">* * *</DIV>
Впрочем, для Российской Империи своего последнего периода этот самый Суперкризис вообще может рассматриваться, как чудо. (Если, конечно, отвлечься от того, что наступило потом.) Потому, что именно он позволил нашей стране обеспечить приток иностранного капитала – того самого ресурса, которого тут жизненно не хватало. Ведь для последнего, по сути, не было&nbsp; разницы, во что вкладываться: в какое-нибудь фантастическое изобретение – вроде тесловской «беспроводной передачи энергии» (бессмысленность которой была очевидна для ученых и инженеров той эпохи, но не для финансистов), или в экономику какой-либо экзотической страны. Авось выгорит! Поэтому и тек иностранный капитал в Российскую – или, например, Османскую Империю – впрочем, абсолютно не изменяя основ жизни. В итоге, например, в том же Санкт-Петербурге уже в 1910 годах была установлена довольно развитая телефонная связь (компанией Сименс) – но пахали при этом деревянной сохой.

Если честно, то ситуацию нынешнего времени это напоминает с очень и очень высокой степенью точности – когда современная РФ имеет удивительно развитую систему мобильных коммуникаций (вплоть до 4д в глухих селах) при крайней деградации базовых основ экономики. (Кстати, забавно – но этой самой «мобилизации» страны мы, во многом, обязаны тому же «Сименсу».) Правда, пашут теперь не сохой – спасибо сами понимаете кому – а чиненными -перечиненными советскими тракторами (или их постсоветскими вариантами). А, в остальном – очень и очень похоже. (Интересно, мог ли Николай Второй заявлять о «цифровой экономике», или что там было ее аналогом в начале ХХ века – «электрической», что ли?) Впрочем, как уже говорилось, указанная аналогия прослеживается не только в деталях, но и в самых базовых областях. Таковых, как все возрастающая значимость государственного бюджета для экономики, или очень и очень высокая важность того, что принято именовать «коррупционной составляющей» экономики. А причина всего этого одна – нет свободных рынков. И нет никакой возможности их создать.

До тех пор, пока действует существующая экономическая система. Поскольку, когда она меняется – как мы можем увидеть на примере Истории – эта самые рынки откуда-то берутся. Именно на основании данного примера многие заявляют, что указанной проблемы быть не может, что если надо будет – то откроются новые пути, и капитализм снова станет прогрессивным и устойчивым. Как они любят (а точнее, любили) писать: «классики не учли поразительной гибкости капиталистической системы». А значит – классики не правы, и нас ждет вечное капиталистическое будущее. Впрочем, чем дальше – тем реже можно услышать подобные утверждения, тем менее категорично они звучат. 1998 год казался случайностью, какой-то нелепой локальностью для России. (Хотя, например, он полностью уничтожил знаменитое «Японское чудо» - а это на много порядков важнее сгоревших вкладов «ельциноидов».) 2008 показал, что это не так. Современная ситуация показывает, что это совсем не так – и что не только разного рода спекулятивные явления (вроде пресловутых доткомов), но и самая, что ни на есть «натуральная» нефть является довольно сомнительным ресурсом. (Поскольку, как уже не раз говорилось, единственная реальная ценность для капитализма – это рынок.)

<DIV style="TEXT-ALIGN: center">* * *</DIV>
Однако это понимание абсолютно ничего не меняет. Поскольку, как было сказано выше, «мир Суперкризиса» - а точнее, первой его части – является настолько «удобным» и даже «теплым», что менять его на что-то иное никто не собирается. Все греются в его «тепле» и расслабленно ждут «конца сеанса» - конечно, подозревая о том, что он будет несколько иным. Но не догадываясь о том, насколько «иным» он будет. Как не догадывались о подобном посетители парижских кафе в 1913 году, или завсегдатаи петербургских «поэтических кружков» (с блядями и кокаином). Но даже те, кто прекрасно представляет будущее, ровным счетом ничего поделать не может. Ни тогда, ни сейчас – так как убедить большинство о том, что противоречит всему виденному вокруг, невозможно. Поэтому-то были бессмысленными документы, вроде пресловутой «записки Дурново» - да и вообще, все призывы к тогдашней власти обратить внимание на назревающие в стране проблемы. И именно поэтому верхом глупости выступают сейчас разнообразные «советы Путину», должные изменить экономику страны с «сырьевой» на «высокотехнологичную». (Причем, особенным бредом тут являются отсылки к опыту то Японии 1950, то Южной Кореи 1960, то Китая 1980 годов. Наверное, не надо говорить – почему…)

Наверное, тут мне опять выскажут об излишнем фатализме – но ничего не поделаешь. Как говориться, если История сказала: в морг, значит – в морг. В том смысле, что продлить до бесконечности существующую систему невозможно, изменить ее на конструктивную – тоже невозможно. И даже осуществить смену на нечто более совершенное, не входя при этом в «зону разрушений, страданий и смертей» - так же нельзя. Да, это те самые пресловутые законы развития человеческого общества. А точнее, законы развития «непонимающего» человеческого общества, общества людей, полагающих, что все, что им надо – это заниматься своими частными делами. А «общее» наладится автоматически. Финал этого процесса всегда оказывается очень и очень неожиданным.
Но понятно, что это – не фатум, не конец, а всего лишь повод для того, чтобы изменить свое отношение к окружающей реальности. И выйти, наконец-то, за пределы указанной области. Последнее – вполне возможно, и более того, как показывает наша история, именно указанный путь и позволил человечеству «получить» еще несколько десятилетий успешного развития. До тех пор, пока оно вновь не поверило в благость «частной жизни». Что поделаешь – редко какой урок усваивается с первого раза.

Но, как говорится, есть надежда на то, что уж в этот раз то все станет понятным. Хотя бы думающим людям…
</lj-cut>
<lj-like />
<A href="http://www.livejournal.com/friends/add.bml?user=anlazz"><IMG title="" src="http://ic.pics.livejournal.com/anlazz/62128340/111137/111137_original.png" align=left></A>
anlazz: (Default)
Наверное, надо заканчивать с футурологической темой – поскольку иначе она рискует стать бесконечной. Тем более, что даже в сотне постов полностью раскрыть данную тему не удастся. Тот же Ефремов несколько толстых романов написал – и все равно, количество вопросов по созданному им образу мира будущего зашкаливает! (Находятся даже люди, находящие в нем идеи, прямо противоположные тому, что прямо проговаривается в романах.) Поэтому было бы смешно думать, что в небольшом по объему цикле можно будет рассказать все, что хотелось бы. Ведь остается еще огромное количество нерассмотренных аспектов – скажем, как будет организована система здравоохранения, как будет решена задача образования и воспитания новых членов общества, как будет строиться управление им – и т.д., и т.п. Поэтому указанное завершение цикла, разумеется, не означает, что вопрос о том, что же будет представлять собой общество в будущем, будет оставлен. Конечно, нет, однако тут пока будет поставлена пауза.

Но до того, как это произошло, попробую подвести небольшой итог, и еще раз – неизвестно, в который – отметить самое главное. А именно – то, что в данном случае мы будет наблюдать завершение «большого круга» человеческой истории. На самом деле, понимание одного этого факта было бы достаточно для того, чтобы понять – каким будет наше будущее. Причем, будущее относительно близкое – по историческим меркам, конечно – поскольку уже сейчас понятно, что современный мир подошел к состоянию, когда разрешить базовые противоречия без кардинальной смены базиса является невозможным. (Об этом будет сказано несколько ниже.) Но, как уже говорилось все эти «большие» и «малые круги» понятны только в рамках диалектического мышления. Поэтому и приходится «развертывать» их уже в рамках привычной нам логики. И все равно, данная «развертка» оказывается недостаточной…

Но по другому сделать нельзя – поскольку никакие иные методы для этого непригодны. Точнее, непригодны методы, основанные на линейной интерполяции существующих тенденций – то есть, те, что считаются единственно легитимными в текущей реальности. Поэтому можно сказать определенно – никто никогда из власть предержащих в современном мире «увидеть будущего» не сможет. (А значит, этот фактор можно честно исключать из своих расчетов.) Впрочем, останавливаться на данной особенности не будем, а обратимся к иным вещам. И, в частности, к тому, что исходя из указанного диалектического представления о действительности, будущее человечества будет, как так же уже не раз говорилось – совершенно непохожим на то, что мы знаем – и из личного опыта, и из огромного количества материалов, собранных «предками». (То есть, из литературы, исторических свидетельств и т.д.) И одновременно, оно будет походить на тот период, который обычно именуют «первобытнообщинным». Впрочем, следует сказать точнее: это самое будущее будет представлять собой, разумеется, не возврат к первобытной общине – а некое состояние, имеющее базовые черты, сходные с общинными, но реализованные на более высоком уровне. А еще точнее, представляющие собой синтез многого из того, что было сделано «в классовый период» с тем, что было до него.


* * *

Именно раскрытию этой идеи и была посвящена вся серия постов. Не линейное, и не круговое, а спиральное развитие. (Упомянутые выше «большие» и «малые» круги есть на самом деле витки диалектической спирали.) Именно отсюда проистекают и все невероятные положения, которые были высказаны в цикле: и отказ от идеи мегаполисов, и переход на расселение в виде поселений, связанных с отдельными производственными проектами, и существенное уменьшение транспортных потоков, и даже, как это не странно звучит, изменение личной, интимной сферы – включая эротические взаимоотношения. Причем, самое интересное тут состоит в том, что все предпосылки для подобных изменений мы можем отчетливо видеть сейчас – но не замечаем по той причине, что стремимся к уже не раз помянутой линейной интерполяции. Read more... )
anlazz: (Default)
Итак, после прошлой части, в которой разбиралась основная причина изменения психологии (а точнее, поведения) людей в будущем, пришло время разобрать само это поведение. И выяснить, что же изменится в условиях, когда будет ликвидировано классовое деление – причем, ликвидировано окончательно. О том, что происходит при начале данного процесса мы, в общем-то, знаем – вспоминая пример СССР. Причем, знаем и те положительные изменения, который это несет, и то огромное сопротивление, которое оказывают данному переходу пережитки старой системы. Однако, как уже не раз говорилось, переход к нашему обществу будущего – тема совершенно иного разговора, тут же рассматривается другое. А именно, то, что произойдет со многими привычным для нас вещами тогда, когда вековая мечта человечества, наконец-то, осуществится – и вместо мира, разделенного на «высших» и «низших» возникнет совершенно иное состояние.

И многие, столь привычные для нас, представления при этом окажутся отвергнутыми. Так, может получиться – и, с огромной вероятностью, получится – так , что вместо столь знакомого нам по разного рода фантастике «мира будущего», представляющего собой совокупность мегаполисов и мощных транспортных сетей, человечество ждет совершенно иная жизнь. И все то «движение к будущему», что мы наблюдаем сейчас, с его мегаполисами, фантастическими транспортными затратами и т.д. – это, всего-навсего, «лебединая песня» классового общества, его максимальное достижение перед неизбежным концом. (Причем, если честно – достижение сомнительного качества.) То же самое ждет и при рассмотрении изменений самих людей – когда самые разнообразные модели поведения, предлагаемые нам писателями и учеными, в реальности в этом самом будущим вряд ли будут популярными. И наоборот – в нем осуществиться многое из того, что кажется сейчас невероятным, а порой даже анекдотичным.


* * *

Но, прежде всего, стоит сказать – что данное будущее не даром было названо в прошлых частях «неообщинным». Поскольку этим подчеркивается завершение одного из «больших кругов» истории, и возврат на новом уровне к тому, от чего человечество ушло тысячи лет назад. И, прежде всего, это относится к изменению взаимоотношений индивида и коллектива. А точнее – к изменению самих понятий «индивид» и «коллектив», которые в настоящее время имеют достаточно четкую привязанность к классовому устройству. Основной особенностью данного положения является то, что всякая «сущность» в нем стремится к защите своих «личных» интересов – при этом указанное свойство относится не только к индивидам, но и к социальным системам. Ведь в отсутствии таковой защиты указанной «сущности» грозит неминуемая гибель. Сожрут – тем или иным способом. Поэтому современная жизнь – а равно, жизнь в течение тысяч лет классового разделения – это постоянная война, война каждого с каждым.

И именно победе в ней – а точнее, выживанию, поскольку победить в «бесконечной битве» невозможно – и посвящены все существующие модели поведения, все «психологические механизмы», формирующие человеческую личность. Вплоть до самых сакральных – таких, как «общение с Высшими Силами». Ведь, как это не удивительно – но само появление религиозных верований, отличной от мифологии в «классическом понимании», во многом, связано с той самой «сверхзадачей», которую постоянно решает наше сознание в мире «вечной войны». А именно – со стремлением «выгородить» определенный, хоть немного менее инфернальный участок общественной жизни. В случае религии это понятно – «верующие» (община, конфессия) рассматривается, как в определенной степени «свои», то есть, люди, по отношению к которым можно хоть как-то снизить уровень тревожности, хоть немного меньше ожидать от них «удара в спину». (Разумеется, у религии есть и иные причины, но базисной, превращающей Веру в собственно, Церковь, надо считать именно эту.) Но, к сожалению, в большинстве случаев это самое желание обрести «близких в Боге» оказывается невыполнимым. Read more... )
anlazz: (Default)
Итак, что же все-таки произойдет с психикой человека общества будущего, как на нее повлияют описанные в прошлых частях изменения? Перейдем к этому интересному вопросу. И, прежде всего, отметим, что вопреки привычным представлениям, серьезных изменений в плане индивидуальной психики ожидать не приходится. Никакого особого «альтруистичного человека», который придет на смену современным «эгоистам», выведено не будет. И потому, что это вряд ли возможно: пресловутое «программирование психики» вообще крайне неоднозначный процесс, в котором презентационный элемент на много порядков перевешивает все остальное. А уж «генетическое программирование» вообще вряд ли является возможным. (Почему – надо говорить отдельно.) Но гораздо важнее другое – то, что в реальности необходимость указанного «перепрограммирования» равна нулю. Иначе говоря, сама необходимость получения указанного «альтруиста» в реальности просто отсутствует!

Потому, что, судя по всему, в реальности никакой «альтруистической» или «эгоистической» психики не существует. А существуют альтруистические и эгоистические стратегии, которые принимает каждый человек – в зависимости от имеющихся условий. И, прежде всего, в зависимости от взаимодействия с другими людьми. Точнее сказать, человек сам по себе может рассматриваться только в плане данного взаимодействия. Хотя бы потому, что представитель вида homo sapiens физически неспособен выживать за пределами создаваемой им искусственной среды в 99% мест своего проживания. (За исключением очень узкого ареала тропических лесов.) А создавать эту самую среду возможно лишь в плане коллективной трудовой деятельности. Поэтому говорить об «индивидуальной психике» и ее изменениях можно только условно – всегда держа в уме тот факт, что это только модель. Другое дело, что в большинстве случаев этой модели достаточно: социальное окружение индивида, как правило, достаточно стабильно, и его воздействие на поведение человека можно принять за константу. Но, разумеется, это верно не всегда. Периодически встречаются моменты, когда общество начинает бурно и круто меняться.

* * *

И тогда мы можем наблюдать такие вещи, которые еще недавно невозможно было предположить. Самое интересное, что последний пример подобного действа мы могли наблюдать своими глазами – речь идет о пресловутых «рыночных реформах» 1990 годов. В это время поведение многих людей изменилось кардинально. Собственно, одно появление огромного числа алкоголиков и наркоманов, в которых превратились «умеренно пьющие» граждане позднего СССР, уже само по себе есть важнейшее свидетельство определяющего влияния среды на психику. (Ведь очевидно, что алкоголизм есть психологическая проблема, с ним борются именно психологи.) Однако только алкоголизмом дело, разумеется, не исчерпывается.Поскольку 1990 годы вообще стали временем такого яркого и неприкрытого торжества деструктивных изменений поведения людей, что не замечать все это можно только сознательным усилием.

Превращение не то, чтобы особенно высоконравственного, но, в общем-то, настроенного на созидание позднесоветского общества в тот «заповедник кадавров»,Read more... )
anlazz: (Default)
Итак, определившись с тем, какой тип расселения будет доминировать в будущем, позволим себе перейти к дальнейшему описанию изменений мира. И, прежде всего, рассмотрим один, очень важный, вопрос. А именно: существует ли опасность, что при подобном образу жизни человек утратит некие свободы, которые он имеет сейчас? Иначе говоря, не принесет ли возврат к «неообщинному» обществу определенное упрощение человеческой жизни, подчинение ее исключительно «коллективной воле» - как это было принято в классической общине. Кстати, указанная особенность вызывает не только отрицательные эмоции – напротив, многие считают, что подобное развитие ситуации было бы весьма кстати. Что нынешний «индивидуализм» неплохо было бы умерить, а то и вообще, ликвидировать – поскольку это ведет к «блуду и разврату», к массовой коррупции и тому подобным вещам. Подобная идея довольно популярна у ряда мелкобуржуазных идеологов, но зачастую именно она выдается за «настоящий коммунизм». Ну, и вызывает кучу ответных возражений у «нежелающих ходить строем»…

Однако в реальности все это к «обществу будущего» отношения не имеет. Скорее наоборот. Дело в том, что в реальном классовом обществе подчинение личности чужой воле намного превышает тот уровень, который был в обществах общинных. Другое дело, что тут, вместо «коллектива» подчиняет собственник – начиная с непосредственного начальника, и заканчивая «царем» в том или ином варианте. (Экстремальные варианты, вроде обращения в рабство, мы даже не рассматриваем) Впрочем, нет – можно сказать еще более конкретно: само подчинение, подавление человеческой воли есть особенность именно классового общества – и лишь видеть фундаментальные отличия приводит к порождению иллюзии «подавленности» первобытнообщинного человека. Ведь чем вызывается в первобытной общине указанное «подчинение воле коллектива» - которое на самом деле, никаким подчинением не является? А, прежде всего, тем, что первобытный человек еще не имеет собственных механизмов миропознания и миропонимания. Более того, он еще не осознавал наличия этого самого миропонимания, и его отличия от окружающей реальности. В итоге мир он воспринимает исключительно через коллективную мифологическую систему – которая одновременно является и его личной картиной мира.


* * *

То есть, в первобытном обществе никто никому ничего не запрещает и не принуждает – в том смысле, что мы привыкли понимать. Знаменитое первобытное табу – на самом деле, никакой не запрет, а реально невозможное действие. Ну, вот мы не можем ходить по потолку, несмотря на то, что нет никаких законов против этого – просто не можем, и все. Read more... )
anlazz: (Default)
Позволю себе сделать небольшое отступление от описания общества будущего – для того, чтобы показать, почему большая часть прогнозов футурологов не имеет с реальностью ничего общего. А так же для того, чтобы показать, как даже небольшое отклонение от принятых норм позволяет решить очень серьезные проблемы. (Последнее крайне важно для понимания того, что общество будущего будет, во многом, отрицанием современности – хотя, понятное дело, не во всем.)

А начну разговор с достаточно отвлеченного факта. Как известно, популярный американский писатель-фантаст Роберт Энсон Хайнлайн в 1959 году посетил СССР, о чем впоследствии написал свои путевые заметки. Разумеется, понятно, что очень и очень правый Хайнлайн ни каким образом не являлся «другом СССР», так что ожидать от него восхваление советского режима было бы смешно. Однако при этом не стоит забывать, что данный автор обладал достаточно высоким уровнем эрудированности и наблюдательности – так что можно подумать, что конкретные, не связанные с идеологией, факты он будет приводить верно. Однако, читая об описании Хайнлайном своей поездки, можно, например, увидеть следующее:

«В один прекрасный день мы [Хайнлайн с супругой] уселись в парке на скамейке спиной к Кремлю и лицом к Москве-реке. Поблизости никого не было, так что место отлично подходило для разговора - направленный микрофон, если бы нас подслушивали, пришлось бы расположить на другом берегу реки, пока мы сидели спиной к Кремлю.
- Сколько людей в этом городе, если заглянуть в путеводитель? - спросил я.
- Более пяти миллионов.
- Гм-м! Взгляни на эту реку. Видишь, какое на ней движение? (Одинокая шаланда...) Помнишь Рейн? (Три года назад мы плавали на пароходике по Рейну. Движение было настолько плотным, что на реке пришлось установить светофоры, совсем как на Панамском канале.) Джинни, здесь и близко не может быть пять миллионов человек. Скорее всего Копенгаген, не больше, Питтсбург. Нью-Орлеан. Возможно, Сан-Франциско. (Это города, которые я хорошо знаю, я исходил их пешком и объездил на разном транспорте. В 1960 году в каждом из них жило в пределах 600-800 тысяч человек.) И все же нам пытаются сказать, что этот город больше Филадельфии, больше Лос-Анджелеса, больше Чикаго. Чушь…»
В общем, «нас обманывают, в Москве живет меньше 600 тысяч человек». Бред свихнувшегося антисоветчика? Но другие, даже весьма нелестно настроенные к СССР авторы, никогда не писали подобного. Правда, в отличие от Хайнлайна, другие авторы не пытались вычислить количество жителей, исходя из имеющегося трафика. (Все же, учеба в одном из лучших военных академий в США и служба во флоте что-то значит.) Поскольку, если бы они попытались это сделать – то получили примерно подобный результат. Собственно, повторить указанный опыт можно и сейчас – благо, фото и видеоинформации по 1950 годам в сети хватает. И по советским городам, и по американским (европейским, да и вообще, западным). И указанное отличие в городском трафике действительно довольно заметно.

Но одновременно с этим мы так же можем сказать, что в Москве 1959 года никак не могло проживать 500 тысяч человек. Этого даже ЦРУ никогда не утверждало! (Поскольку «настоящие» шпионы использовали, кроме анализа трафика, и другие источники информации.) Поэтому указанное мнение Хайнлайна мы сейчас можем приводить исключительно в качестве примера ошибки аналитического метода. Именно метода – не а не конкретного аналитика, поскольку в данном случае американский писатель поступил исключительно логично. Просто он не учел одного фактора, далеко выходящего за пределы аналитики, как таковой: фундаментальной разности в организации советской и несоветской производственной системы. Да и непроизводственной тоже…Read more... )
anlazz: (Default)
Итак, какое же оно будет – общество, вернувшееся к «общим» целям? Его можно было бы назвать «неообщинное общество», но понятие «община» настолько отяжелено архаикой, что ничего хорошего из данного определения не выйдет. Так что пусть будет просто – «общество будущего». Именно это наименование мы и будем использовать. Так вот, как уже не раз говорилось, это самое общество будущего окажется для нас совершенно неожиданным – во всяком случае, по сравнению с тем, что обычно подразумевается под указанным понятием. Дело в том, что большинство образов, создаваемых не только фантастами, но и футурологами (то есть, вроде бы людьми «учеными»), основывается в основном на концепции «продленного настоящего». В том смысле, что видят то, что будет, исключительно как продолжение того, что есть. (Ну, или в качестве прямого отрицания того, что есть – что не сильно меняет общую идею.)

Так возникает концепция «супермегаполиса», столь популярная и в «положительных» фантастических мирах, и в «отрицательных». Разница только в том, что в одном случае эти самые супермегаполисы видятся обеспечивающими всем населяющим их жителям нужные блага – пускай и не бесплатно. А в другом полагается, что этих благ на все хватит. Кстати, конечным вариантом последнего варианта выступает значительная часть т.н. «постапокалипсиса» - т.е., общества, сложившегося после какой-нибудь крупной катастрофы. В основном – после ядерной войны, но может быть и какая-то иная причина массовой гибели и разрушений. Правда, в случае с глобальным ядерным ударом именно мегаполисы должны быть уничтожены прежде всего – так что находиться на их радиоактивных руинах является не самой лучшей идеей. (Впрочем, если даже допустить существование подобного мира – то он, в любом случае, будет сельскохозяйственным, и о крупных городах тут придется надолго забыть.)

Появление подобной концепции («супермегаполиса») вполне объяснимо – дело в том, что в последние два столетия идет непрерывный процесс концентрации населения. Но при этом упускается тот факт, что вызывается она достаточно специфичными факторами, о которых говорилось в прошлых частях .А именно – сверхконцентрация населения нужна исключительно для одного. Для максимизации прироста капитала. Причина проста – поскольку капитал есть отчужденный труд, то его рост прямо зависит от того, у скольких рабочих он был отчужден. То есть, чем больше людей можно согнать в одно место – тем больше капитала можно у них отобрать. В итоге за два столетия количество лиц, связанных с одним и тем же капиталистом выросло на несколько порядков – и если в конце XVIII века сто работающих на фабрике считалось очень большим, то к началу века XX и 10 000 человек не рассматривалось, как предел. А к концу указанного столетия почти не осталось и отдельных фабрик, не связанных в сложную корпоративную структуру.

Собственно, это и породило взрывной рост городов, где начали собираться миллионы – вначале рабочих, а затем и служащих. Тех, кого сейчас именуют «офисным планктоном». Я не буду тут рассматривать данный слой – поскольку он требует отдельного разговораRead more... )
anlazz: (Default)
В прошлой части – в рамках разговора о будущем человеческого общества – был рассмотрен один частный вопрос человеческой истории. А именно – разобрано заблуждение о том, что «естественный» и «природной» для представителей homo sapiens выступает стратегия максимального воспроизводства. В смысле, «максимальная детность» – вплоть до 100% фертильности. (Т.е., когда каждая женщина рожает каждый год до окончания подобной возможности - хотя в реальности при таком «ритме» дожить до старости проблематично.) А главным механизмом регулирования численности населения выступает смертность. Именно подобная ситуация существовала практически всегда в «письменной истории» – с определенными допущениями, конечно. (В том смысле, что ежегодная рождаемость была присуща не всем семьям, и изменялась в определенном диапазоне в зависимости от внешних условий. Скажем, в Европе после «Черной смерти», когда цена на рабочую силу поднялась, она была выше. А в условиях перенаселения – ниже.)

Однако на самом же деле указанная ситуация характерна для только классового общества – поскольку она оптимальным образом удовлетворяет его потребность в одном из важнейших элементов. В дешевой рабочей силе. Ведь чем больше детей, чем больше будущих работников – которые, конкурируя за право доступа к производительным силам, неизбежно будут снижать цену на свой труд. Пускай даже большая часть из этих детей и помрет до начала трудовой деятельности. Последнее не страшно, поскольку, во-первых, работодатель за это «не платит». (Даже в случае рабства «выращивание детей» - вторичный фактор по отношению к захвату их военным путем.) А, во-вторых, в данной системе выживают люди, имеющие лучшую физическую форму – то есть, «полезные» члены общества. Ну, и разумеется, наличие значительного числа физически здоровой молодежи – самое лучшее с военной точки зрения. А поскольку при классовом устройстве война – есть норма (то есть, продолжение политики иными средствами), то понятно, что массовое размножение людей всегда воспринималось, как идеал.

Это было понятно египетским фараонам, римским цезарям, феодальным князьям Европы и китайским ванам, арабским эмирам, русским царям и капиталистическим олигархам. Да, собственно, любым представителям «верхушки» классового общества, чье положение, в целом, юпоэтому вся история человечества – это история непрерывного расширения, непрерывной экспансии указанной возможности, которую можно назвать «могуществом» (power). Это могущество может выражаться разным образом: через «формальную» или сакральную власть, через «знатность», через капитал самого разного образца. Война, интриги, торговля – практически вся «высокая» (то есть, присущая представителям «элиты» деятельность) – представляет собой именно это самое увеличение возможности одних людей определять действия других. Read more... )
anlazz: (Default)
Позволю себе отойти от актуально-политической и исторической тематики, и перейти к рассмотрению будущего. Точнее сказать, того, что можно назвать «настоящим будущим» - то есть, не просто временем бесконечного дления сегодняшнего момента, а того периода, который можно было бы охарактеризовать, как новый этап человеческой жизни. В том смысле, что существующие проблемы в нем перестанут быть актуальны – а место их займут проблемы «нового уровня». (А вот времени, когда никаких проблем не будет, существовать не может вообще – в условиях диалектичности нашего мира.) Так вот, именно тогда мы увидим столько интересного, сколько даже представить себе не можем.

Но в данном случае я хочу рассмотреть один довольно важный, и при этом очень сильно мифологизированный момент. А именно – вопрос о характере воспроизводства населения. Интересность указанного вопроса состоит в том, что в настоящее время существует некий общий консенсус. В том смысле, что подавляющее число людей – какие бы политические взгляды они не имели – считают, что чем подобное воспроизводство больше, тем лучше. Нет, конечно, могут быть некие нюансы – к примеру, определенная категория лиц считает, что «плодиться и размножаться» должны только «правильные» народы. А неправильным лучше всего будет уменьшить свое число, да и вообще, вымереть. Или можно упомянуть о том, что некоторые граждане вообще питают нелюбовь к людям, и их увеличение воспринимают, как трагедию. Крайним случаем данной идеи выступает классическое: «убить всех людей». Но это, разумеется, уже патология. Как является патологией нынешнее, не сказать, чтобы блестящее положение с указанной темой – в том смысле, что во всех развитых (а так же в значительной числе неразвитых стран) рождаемость катастрофически падает.

Точнее, это воспринимается, как патология. А значит – идет постоянный поиск ее причин, который достаточно быстро приходит к концепции о том, что «некие силы» стремятся ограничить рост населения. То, что подразумевается под данными силами и под их мотивацией – вопрос вторичным. Гораздо важнее тут то, что в данном случае речь идет именно о некоем сознательном действии, направленном на снижение рождаемости – вне того, чем это вызывается. Поскольку в «нормальном состоянии» подразумевается, что человек должен размножаться бесконечно – как и любые другие биологические существа. Как он размножался в течение тысяч лет – с десятками детей на семью. Вот эту самую «естественность» и разрушают разного рода «мондиалисты», «масоны» и «рептилоиды» – из-за злых или благих пожеланий, не суть важно. Важно, что это есть искажение, нарушение – в общем, однозначно искусственное действо…


* * *

Однако все ли гладко в подобной схеме? Read more... )
anlazz: (Default)
Яна Завацкая ака Синяя ворона, привела в своем блоге достаточно интересный текст про роботов. Смысл его состоит в том, что все современные надежды на скорое пришествие «роботизированного мира», а равно – и опасения, связанные с этим, в реальности не имеют никакого смысла. Просто потому, что никакой массовой роботизации не ожидается. Точнее, не ожидается в ближайшее время - поскольку в некоем будущем ничего не помешает данной технологии развиться в полную силу. Но это – только после одного неочевидного, но крайне важного изменения, о котором надо говорить отдельно. В настоящий же момент роботам, скорее всего, уготована роль всего лишь одной из «сенсаций», одной из демонстраций прогресса, которая производит массу шума, но в реальности остается всего лишь ничтожной частью огромного производственного механизма, реально обеспечивающего нам наличие всех благ. (Пускай и реально работающей частью.)

В связи с этим хочу вспомнить, что еще недавно - года три-четыре назад - так же гремела слава 3-д принтеров. Этим устройствам пророчили роль не просто универсального производственного механизма, заменяющего множество «устаревших» станков, но выводили из их появления возможности изменения социума, как такового. Эх, каким прекрасным казалось «то» будущее, в котором каждый человек, имеющий дома этот самый 3-д принтер, становился бы полностью самодостаточной производственной единицей. А значит, полностью освобождался от необходимости участвовать в отчужденном труде. Впрочем, были и опасения, что подобную ситуацию капитал попытается не допустить через ужесточение политики копирайта. И доблестные хакеры, ломающие эти самые копирайты ради общего блага! (Какая, все-таки, прекрасная эпоха была – тогда копирайт мыслился главным злом! Впрочем, то же самое через некоторое время будут говорить и сегодняшний день.)

Но вот прошло совершенно ничтожное – по историческим масштабам – время, и данная тема  забылась. Фанаты прогресса нашли для себя новые игрушки: какое-то время в их качестве были автомобили Тесла, потом – космические поделки того же Маска, а сейчас – роботы. 3-д принтеры же отошли в тень, туда, куда незадолго до этого отправились пресловутые нанотехнологии – так же призванные когда-то так же уничтожить труд и создать общество всеобщего изобилия. (Но в результате создавшие только «Роснано» и «Сколково».) Впрочем,  с 3-д принтерами история обошлась намного мягче – по крайней мере, данные устройства реально воплотились в «железе». (Хотя и нанотехнологии – если рассматривать данную отрасль за пределами пресловутых «наноассемблеров», так же дали некоторые интересные направления.) В любом случае, сейчас указанное устройство можно спокойно купить, причем, даже частному лицу: на  пресловутой «Алибабе» эти устройства продаются сейчас по цене порядка 14 тыс. рублей.  Да и расходники к ним оказываются дешевле, нежели расходники к принтерам обыкновенным. Казалось, при подобном раскладе и карты в руки – в том смысле, что 3-д печать должна войти в каждый дом. Но этого не происходит. По одной простой причине: это никому не нужно. То есть, не сказать, чтобы 3-д печать вообще не имеет применения – конечно, нет, есть области, где указанные принтеры действительно необходимы. Но не более. Никакой «закрывающей технологией» эта самая печать  не стала, и заменять собой всю мощь промышленного производства не собирается.Read more... )

Profile

anlazz: (Default)
anlazz

July 2017

S M T W T F S
      1
2 34 56 7 8
9 10 11 1213 14 15
16 17 1819 20 21 22
2324 25 2627 2829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 28th, 2017 02:43 am
Powered by Dreamwidth Studios