anlazz: (Default)
В прошлой части, посвященной эвтаназии, было сказано, что данная проблема возникла в связи с тем, что после гибели СССР созданная под его влиянием система массовой медицинской помощи оказалась избыточной для существующего общества. А следовательно, стал вопрос о прекращении ее использования – и о соответствующем прекращении дорогостоящего содержания безнадежных больных. Но при этом общее отношение к жизни человека в настоящий момент продолжает соответствовать таковому в период «Советской Тени» - из-за высокой инерции общественного сознания. То есть – человеческую жизнь по-прежнему считают главной ценностью – но она давно уже таковой не является. (Как не являлась в период практически всей истории классового общества».) Именно указанное противоречие и порождает тот момент, что интерпретируется, как указанная «этическая коллизия».

А именно – фактически речь ставится о прекращении медицинского обслуживания части людей, в частности, «безнадежно больных». Ну, и разумеется, в связи с этим речь заходит о целесообразности расходования средств на паллиативную медицину, о том, насколько общество должно нести риски, связанные с ней – в частности, риск от оборота наркотических средств. Это, кстати, чуть ли не главная причина разговоров об эвтаназии – поскольку с ростом наркомании сама работа с сильными обезболивающими стала затруднительной. В итоге, если лет тридцать назад те же морфины имелись чуть ли не в каждом медпункте, то теперь их применение связано с такой сложной системой контроля, что редкий врач вообще рискует их выписывать. Да что там морфины – банальный кодеин давно уже под запретом из-за того, что его применяют для создания «зелья».

В подобной ситуации – а она характерна не только для отечественной медицины, поскольку наркомания уже давно стала бедой всего – и «всплывает» проблема эвтаназии. Дескать, если страдания столь велики, то почему бы их не прекратить «раз и навсегда». Правда, для любителей концепции «человек сам вправе распоряжаться своей жизнью», стоит напомнить, что одновременно с ростом популярности «нежной смерти» происходит дальнейшее сокращение возможностей самостоятельного доступа к «обычным» средствам для прекращения жизни. Начиная с повсеместного ужесточения оружейного законодательства и заканчивая тем же самым исчезновением из открытого доступа разного рода наркотических веществ.Read more... )
anlazz: (Default)
Яна Завацкая – blau-kraeheblau-kraehe – недавно выпустила серию постов, посвященных #этике. Смысл их состоял в том, чтобы показать, насколько современная этика является классовой – то есть, подчиненной интересам правящих классов. Собственно, для понимания данного вопроса лучше всего прочитать сами тексты Завацкой – там прекрасно разъясняется, к чему ведет подобная этика. Тем не менее, имеет смысл разобрать этот вопрос более подробно. И, прежде всего, стоит уяснить самый важный вопрос в проблеме этики, не раскрытый у Яны. А именно, то, что этика – и классовая, и неклассовая – всегда является признаком общества. То есть, исключительно социальным феноменом – и ничем иным! На самом деле, подобное уточнение может показаться тавтологией – ведь само указанное понятие возникло, как обобщение норм «общежития», как попытка выяснить некую основу существующих моральных и нравственных норм. Однако в настоящее время указанная «генетическая» основа этики все чаще забывается – и данное понятие все чаще рассматривается в рамках одной человеческой личности. Что есть фундаментальнейшая ошибка.

Поскольку, на самом деле, эта самая «отдельно взятая личность» есть не что иное, как абстракция: само существование человека вне общественной системы производства невозможно. Однако в обыденной жизни принято считать иначе – в ней индивид ставится на первое место, а общество рассматривается производным от него. И разумеется, этика в данном случае рассматривается исключительно, как индивидуальное явление, связанное с мыслями и эмоциями только одного человека. (Того, кто рассматривает.) Именно с этой особенностью современного (и несовременного) восприятия и связан выявленный Яной Завацкой эффект, который она связывает с неспособностью «бинарной логики» описывать этические явления. Последнее, разумеется, верно – хотя бы потому, что бинарная логика создавалась для совершенно иных целей. Но в данном случае речь идет о другом – о том, что само рассмотрение этики в рамках индивида не способно привести ко сколь либо значимому результату. Вне зависимости от того, какая логика тут используется…

То есть, в рамках «отдельно взятого человека» никакой проблемы добра и зла поставить невозможно. Поскольку для него все очень просто: то, что способствует его существованию и процветанию – то добро. А то, что ведет к страданию и гибели – то зло. Собственно, именно так рассуждают разнообразные сторонники «биологического подхода». Не понимая, что подобная постановка вопроса невозможна, поскольку – как это было сказано выше – никакого «отдельно взятого человека» не существует. А есть единый общественный производственный механизм, в рамках которого только и может выживать индивид. И, следовательно, любое «добро и зло» в данном случае означает, прежде всего, благо или проблему именно для социума. А уж потом, транслируясь на уровень индивида, оно обретает образ привычной для нас морали и нравственности.


* * *

Собственно, именно поэтому любая господствующая сейчас этическая система – классовая. Просто потому, что именно классовое общество является – а точнее, являлось до недавнего времени – самым оптимальным способом человеческого существования.Read more... )
anlazz: (Default)
Итак, после прошлой части, в которой разбиралась основная причина изменения психологии (а точнее, поведения) людей в будущем, пришло время разобрать само это поведение. И выяснить, что же изменится в условиях, когда будет ликвидировано классовое деление – причем, ликвидировано окончательно. О том, что происходит при начале данного процесса мы, в общем-то, знаем – вспоминая пример СССР. Причем, знаем и те положительные изменения, который это несет, и то огромное сопротивление, которое оказывают данному переходу пережитки старой системы. Однако, как уже не раз говорилось, переход к нашему обществу будущего – тема совершенно иного разговора, тут же рассматривается другое. А именно, то, что произойдет со многими привычным для нас вещами тогда, когда вековая мечта человечества, наконец-то, осуществится – и вместо мира, разделенного на «высших» и «низших» возникнет совершенно иное состояние.

И многие, столь привычные для нас, представления при этом окажутся отвергнутыми. Так, может получиться – и, с огромной вероятностью, получится – так , что вместо столь знакомого нам по разного рода фантастике «мира будущего», представляющего собой совокупность мегаполисов и мощных транспортных сетей, человечество ждет совершенно иная жизнь. И все то «движение к будущему», что мы наблюдаем сейчас, с его мегаполисами, фантастическими транспортными затратами и т.д. – это, всего-навсего, «лебединая песня» классового общества, его максимальное достижение перед неизбежным концом. (Причем, если честно – достижение сомнительного качества.) То же самое ждет и при рассмотрении изменений самих людей – когда самые разнообразные модели поведения, предлагаемые нам писателями и учеными, в реальности в этом самом будущим вряд ли будут популярными. И наоборот – в нем осуществиться многое из того, что кажется сейчас невероятным, а порой даже анекдотичным.


* * *

Но, прежде всего, стоит сказать – что данное будущее не даром было названо в прошлых частях «неообщинным». Поскольку этим подчеркивается завершение одного из «больших кругов» истории, и возврат на новом уровне к тому, от чего человечество ушло тысячи лет назад. И, прежде всего, это относится к изменению взаимоотношений индивида и коллектива. А точнее – к изменению самих понятий «индивид» и «коллектив», которые в настоящее время имеют достаточно четкую привязанность к классовому устройству. Основной особенностью данного положения является то, что всякая «сущность» в нем стремится к защите своих «личных» интересов – при этом указанное свойство относится не только к индивидам, но и к социальным системам. Ведь в отсутствии таковой защиты указанной «сущности» грозит неминуемая гибель. Сожрут – тем или иным способом. Поэтому современная жизнь – а равно, жизнь в течение тысяч лет классового разделения – это постоянная война, война каждого с каждым.

И именно победе в ней – а точнее, выживанию, поскольку победить в «бесконечной битве» невозможно – и посвящены все существующие модели поведения, все «психологические механизмы», формирующие человеческую личность. Вплоть до самых сакральных – таких, как «общение с Высшими Силами». Ведь, как это не удивительно – но само появление религиозных верований, отличной от мифологии в «классическом понимании», во многом, связано с той самой «сверхзадачей», которую постоянно решает наше сознание в мире «вечной войны». А именно – со стремлением «выгородить» определенный, хоть немного менее инфернальный участок общественной жизни. В случае религии это понятно – «верующие» (община, конфессия) рассматривается, как в определенной степени «свои», то есть, люди, по отношению к которым можно хоть как-то снизить уровень тревожности, хоть немного меньше ожидать от них «удара в спину». (Разумеется, у религии есть и иные причины, но базисной, превращающей Веру в собственно, Церковь, надо считать именно эту.) Но, к сожалению, в большинстве случаев это самое желание обрести «близких в Боге» оказывается невыполнимым. Read more... )
anlazz: (Default)
Итак, что же все-таки произойдет с психикой человека общества будущего, как на нее повлияют описанные в прошлых частях изменения? Перейдем к этому интересному вопросу. И, прежде всего, отметим, что вопреки привычным представлениям, серьезных изменений в плане индивидуальной психики ожидать не приходится. Никакого особого «альтруистичного человека», который придет на смену современным «эгоистам», выведено не будет. И потому, что это вряд ли возможно: пресловутое «программирование психики» вообще крайне неоднозначный процесс, в котором презентационный элемент на много порядков перевешивает все остальное. А уж «генетическое программирование» вообще вряд ли является возможным. (Почему – надо говорить отдельно.) Но гораздо важнее другое – то, что в реальности необходимость указанного «перепрограммирования» равна нулю. Иначе говоря, сама необходимость получения указанного «альтруиста» в реальности просто отсутствует!

Потому, что, судя по всему, в реальности никакой «альтруистической» или «эгоистической» психики не существует. А существуют альтруистические и эгоистические стратегии, которые принимает каждый человек – в зависимости от имеющихся условий. И, прежде всего, в зависимости от взаимодействия с другими людьми. Точнее сказать, человек сам по себе может рассматриваться только в плане данного взаимодействия. Хотя бы потому, что представитель вида homo sapiens физически неспособен выживать за пределами создаваемой им искусственной среды в 99% мест своего проживания. (За исключением очень узкого ареала тропических лесов.) А создавать эту самую среду возможно лишь в плане коллективной трудовой деятельности. Поэтому говорить об «индивидуальной психике» и ее изменениях можно только условно – всегда держа в уме тот факт, что это только модель. Другое дело, что в большинстве случаев этой модели достаточно: социальное окружение индивида, как правило, достаточно стабильно, и его воздействие на поведение человека можно принять за константу. Но, разумеется, это верно не всегда. Периодически встречаются моменты, когда общество начинает бурно и круто меняться.

* * *

И тогда мы можем наблюдать такие вещи, которые еще недавно невозможно было предположить. Самое интересное, что последний пример подобного действа мы могли наблюдать своими глазами – речь идет о пресловутых «рыночных реформах» 1990 годов. В это время поведение многих людей изменилось кардинально. Собственно, одно появление огромного числа алкоголиков и наркоманов, в которых превратились «умеренно пьющие» граждане позднего СССР, уже само по себе есть важнейшее свидетельство определяющего влияния среды на психику. (Ведь очевидно, что алкоголизм есть психологическая проблема, с ним борются именно психологи.) Однако только алкоголизмом дело, разумеется, не исчерпывается.Поскольку 1990 годы вообще стали временем такого яркого и неприкрытого торжества деструктивных изменений поведения людей, что не замечать все это можно только сознательным усилием.

Превращение не то, чтобы особенно высоконравственного, но, в общем-то, настроенного на созидание позднесоветского общества в тот «заповедник кадавров»,Read more... )

Profile

anlazz: (Default)
anlazz

July 2017

S M T W T F S
      1
2 34 56 7 8
9 10 11 1213 14 15
16 17 1819 20 21 22
2324 25 2627 2829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 28th, 2017 02:47 am
Powered by Dreamwidth Studios