anlazz: (Default)
Был ли в СССР дефицит? Разумеется, был – и более того, он не мог не быть. Просто потому, что иное бы означало тот факт, что советские ученые все-таки открыли знаменитый философский камень. В том смысле, что научились получать все из ничего. (Впрочем, это будет уже не  lapis philosophorum, а какая-то волшебная палочка.) Поскольку в ином случае обеспечить наличие всего для всех было бы невозможным. А ведь любое иное состояние и является дефицитом. Поэтому обвинение Советского Союза в том, что он не мог сделать подобное, выглядит смешным. Правда, ведя речь о дефиците в СССР, обыкновенно оговаривают, что имею в виду не отсутствие полного обеспечения всеми желаемыми товарами, а то, что не было «самого необходимого». Под последним, впрочем, подразумевают все, что угодно – начиная от туалетной бумаги и заканчивая пластинками Pink Floyd. Но это все не важно - поскольку главным в подобных утверждениях является вовсе не это – а то, что они должны показать однозначное преимущество современной системы над советской. И, как правило, показывают – а точнее, показывали. По крайней мере, в течение первых пяти-десяти лет «новой России», при всеобщей нищете и развале, именно полные прилавки магазинов служили главным источником легитимности существующей власти.

Собственно, и сейчас мало что изменилось. Не в плане обеспечения легитимности, конечно – тут нынче работают иные механизмы – а в плане того, что до сих пор одним из главных преимуществ существующей экономической системы рассматривается тот факт, что в ней невозможно существование пресловутых «пустых полок». И это до сих пор кажется железным аргументом в плане «борьбы с совками». Однако все ли так просто? Разумеется, нет. Скорее наоборот, поскольку стоит рассмотреть этот самый «железный аргумент» повнимательнее, и станет понятно, насколько странно он выглядит. Ну, в самом деле – ведь после гайдаровских реформ магазины реально наполнились товарами. Однако никаких новых мощностей по их производству в это время не создавалось. Более того, уже в 1992-1993 году актуальным стало полностью противоположный процесс – деградация все большего числа производств. Одна проблема с оборотными средствами, созданная пресловутыми «реформами», нанесла функционированию предприятий такой удар, от которого оправиться удалось далеко не всем. А ведь был еще развал Союза, приведший к уничтожению хозяйственных связей – что так же не пошло на пользу производству. В итоге даже ВВП – показатель сам по себе довольно лукавый – перешел от падения к росту только через восемь лет после начала «реформ», в 1999 году.

<DIV style="TEXT-ALIGN: center">* * *</DIV>
Но тогда что же привело к наполнению еще недавно девственно пустых полок магазинов при том, что физически продукции производилось гораздо меньше? Какую же волшебную палочку или lapis philosophorum нашла «гайдаровская команда»? Да очень и очень простую – настолько примитивную, что страшно даже представить. Прямо-таки относящуюся к задачам для начальной школы. Ну да – классический вопрос о бассейне с двумя трубами, по одной из которых вода наливается, а по другой – выливается. В результате чего получить высокий уровень в нем можно не только увеличивая приток, но и уменьшая отток. То есть – наполнить магазины товарами можно не только путем роста их производства, но и путем снижения потребления. Что и было сделано. Правда, тут есть одно важное отличие: вода в бассейне реально нужна – ну, например, для того, чтобы поплавать. Товары же на полках магазина, как правило, никакой полезной функции не выполняют.<lj-cut> Более того, они, как правило, тут приносят только убытки – например, занимая полезную площадь и приводя к омертвению капиталов. А еще – банально портятся, что особенно актуально для продуктов питания. В результате чего указанное изобилие оказывается не только бесполезным, а однозначно вредным.

И одновременно с этим подавляющая масса людей оказывается лишенными возможности использовать эти товары в своей жизни. То есть: все то, что лежит на полках магазинов и занимает пространство витрин, становится для них исключительно виртуальным явлением. В принципе, замени все это на компьютерную графику или восковые фигурки – разницы не будет никакой: насытиться 100 сортами колбасы, которую невозможно купить, так же трудно, как той же колбасой, показанной на экране телевизора. То есть, преодоление дефицита оказалось очень и очень странным: товар, который до 1992 года все же попадал в руки потребителей, теперь стал накапливаться в торговых точках, порой полностью теряя свои потребительские свойства. Кстати, забавно – но в те же 1990 годы порой можно было увидеть абсурдную ситуацию, состоящую в том, что «непорченные» продукты никто не брал из-за высокой цены, а вот просроченные и гнилые, но уцененные – вызывали ажиотаж. (У тех же пенсионеров – все лучше, нежели в мусорных ящиках копаться.) Сейчас, разумеется, это стало несколько более завуалированным – в том смысле, что «тухлятину» не продают прямо, а отправляют на «переработку»: выпускают из нее разнообразные полуфабрикаты и «готовую еду». (В общем-то, относительно безопасную благодаря тепловой обработке.) Хотя и разного рода «секреты гипермаркетов», состоящие в придании «товарного вида» испорченным веща, так же популярны.

Но, в целом, более актуальным стал иной путь. А именно – вместо того, чтобы ждать, пока товар потеряет свою ценность через «вылеживание» на торговых площадях, его сразу делают «порченным». В том смысле, что снижают себестоимость через однозначное ухудшение качества. Примеров тому море: тут и известное «осоевение» колбасы, превращающее ее из мясного вначале в «мясосодержащий», а затем – и в «мясоимитирующий» продукт. (Причем, теперь иногда речь идет о снижении содержания уже сои – путем замены ее на более дешевые наполнители!) И в переходе к более дешевым тканям в той же одежде – в результате чего время носки ее сокращается в разы. И в снижении толщины металла в автомобилестроении. И в массовой замене «натуральных материалов» «синтетическими» во всем, что можно – причем, проблема состоит не в синтетике, как таковой, а в том, что эта самая синтетика изначально полагается самой дешевой из возможных. Да и вообще, такой параметр, как долговечность, современным производством чем дальше, тем больше отодвигается на задний план. В результате чего мир наполняется множеством дешевых, но «одноразовых» вещей.

А приобретение дает теперь вместо «окончательного» удовлетворения имеющихся потребностей лишь короткое их «насыщение». После чего нужно будет начинать все сначала. Причем – вопреки заявлениям маркетологов – эти самые непрерывные покупки дешевых вещей в совокупности&nbsp; оказываются гораздо дороже, нежели гипотетическое одноразовое обзаведение изначально качественным товаром. То есть, можно сказать, что подобная форма «борьбы с дефицитом» в реальности представляет всего лишь «размазывание» последнего по времени – в результате чего сил и средств на его получение уходит не меньше, нежели в условиях советской «пустоты магазинов». Впрочем, в том, что касается изначально дешевых и недолговечных вещей – вроде туалетной бумаги или женских прокладок – данная ситуация может только радовать. Но вот уже с продуктами, как было сказано выше, получается гораздо хуже – поскольку хоть продукты и дешевые, но человеческий организм, который их воспринимает, довольно дорогой. В результате чего количество заболеваний органов пищеварения непрерывно растет, а так же растут фатальные исходы из-за них – несмотря на все достижения медицины последних десятилетий.

<DIV style="TEXT-ALIGN: center">* * *</DIV>
То есть, можно говорить не о преодолении дефицита – а о иллюзии данного преодоления, когда в реальности он&nbsp; не только не уменьшился, но еще и вырос. Причем, изначально, в 1990 годы – до чудовищных пределов. (Поскольку ничего другого в условиях резкого падения производства просто быть не могло.) Правда, впоследствии – при наступлении «сытых нулевых» - уровень недопотребления несколько понизился. Что связано, в определенной мере, с ростом цен на нефть и появившимися у государства и бизнеса деньгами – последнее позволило, например, вывести те же доходы «бюджетников» из тотальной нищеты в более-менее приемлемую бедность. Но в еще большей степени тут сыграл фактор упомянутой выше «порчи товаров», сознательного снижения их качества и себестоимости, приведший к заполнению полок магазинов уже не недоступными большинству, но качественными вещами – а дешевыми суррогатами. (Впрочем, данный процесс начался еще в 1990 годы – с появлением «турецкой одежды» и «китайской техники», сделанных из откровенных отходов производства с соответствующим качеством.) То есть – народ откровенно накормили говном, дав ему убеждение, что он в реальности ест конфеты…

Впрочем, все это довольно очевидно, и единственная причина, по которой данное состояние считается нормальным, состоит в том, что никакой альтернативы ему реально нет. То есть, разумеется, можно тратить свои силы и время в плане поисков «нормальных продуктов», «нормальных товаров» (и даже можно их найти) – но не у всех есть это время и силы. Это для позднесоветского&nbsp; человека нормальным было «сбежать с работы», потому, что где-то «выбросили дефицит». Сейчас подобный фокус закончится, в лучшем случае, лишением премии. Ну, а о том, чтобы мотаться в другой город за товарами сейчас вообще нет речи. (Хотя иногда это реально действенный метод – «порча» проистекает неравномерно, порой создавая иллюзию своего отсутствия.) Более того, даже пресловутая «дача» - как источник натуральной еды – сейчас гораздо меньше доступна, нежели лет двадцать назад. (Когда тот же транспорт был дешев и доступен.) Поэтому большинство потребляет то, что есть – и старается не задумываться о качестве…

Однако если бы дело ограничивалось только вышесказанным – то проблема была бы еще не так серьезна. Ну, едят многие «доширак» при заваленных полках магазинов – правда, в большинстве своем, тем же аналогом «доширака» в других ценовых категориях – и пусть едят. В конце концов, с голоду никто не умирает! (А если человек реально хочет и может – то он даже имеет возможность купить реально качественные вещи. Да, затратив средства и силы – но ведь возможность выбора же!) Тем не менее, стоит понять, что&nbsp; современный «недифицит», помимо «порчи товаров» несет и еще кое-что. То, что действительно может привести к самым серьезным последствиям – в том числе, и к реальным голодным смертям, когда даже пачка быстрорастворимой лапши покажется сокровищем. Речь идет о прогрессирующей деградации самой глубинной инфраструктуры современного общества, о продолжающемся разрушении т.н. «больших систем», лежащих в основании современного производства. Эта самая деградация неминуемо подтачивает даже то, что еще осталось от «прошлой жизни», что сохраняет хоть какое-то качество. Впрочем, и систему производства «порченных товаров» она разрушает так же – как не удивительно подобное звучит.

То есть – в грядущей перспективе вырисовывается что-то совсем уж невообразимое. Правда, не стоит пугаться – как правило, подобная ситуация с «заходом в экстремумы» означает только то, что существующая система заменяется на что-то иное. Однако об этом будет сказано несколько позднее…
</lj-cut>
<lj-like />
<A href="http://www.livejournal.com/friends/add.bml?user=anlazz"><IMG title="" src="http://ic.pics.livejournal.com/anlazz/62128340/111137/111137_original.png" align=left></A>
anlazz: (Default)
В процессе написания прошлых постов, посвященных ситуации с пищевой промышленностью СССР, мне вспомнился один забавный эпизод. Смысл его, в общем-то, следующий: в самом конце 1980 годов какая-то читательница написала возмущенное письмо в газету «Аргументы и факты» о том, что знаменитые «крабовые палочки» на самом деле не содержат… мяса краба. Поскольку для их производства берется дешевый минтай, в который добавляются какие-то добавки, окрашивается – и пускается в продажу, как настоящий деликатес. В общем – дурят нашего брата. (Точно, конечно, не помню, что там было написано –но общий смысл был таков.) Разумеется, сейчас это выглядит забавно – поскольку «крабовые палочки» к крабам с самого начала имели такое же отношение, как конфеты «гусиные лапки» - к гусям. Причем, относится это не только – и даже не столько — к советской действительности: эти самые «палочки» были разработаны и получили широкую известность в Японии, откуда распространились по всему миру. («Крабовые палочки» - это калька с «crab stick», английского названия продукта.)

И никому в мире не приходило возмущаться данным фактом. Никому, кроме советского человека, для которого надпись «крабовые» на этикетке твердо значила наличие крабов – как бы ни странно это звучало для нас. Можно даже подумать, что подобной наивности в природе просто не может быть, что это какой-то особый случай – в смысле интеллекта автора письма. Но на самом деле тут не все так просто. А точнее – все очень и очень непросто, поскольку данный локальный факт на самом деле означает крайне глубокие и даже глобальные вещи, о которых будет сказано чуть позднее. А пока мы «пойдем по порядку», и отметим вначале один интересный момент, связанный с указанным «эффектом».

* * *

А именно – то, что одним из обвинений позднего СССР выступает тот факт, что позднесоветские граждане страдали т.н. «низкопоклонством перед Западом». Впрочем, поскольку этим названием принято именовать самые разные вещи, стоит уточнить, что речь тут стоит вести о «бытовом проявлении» данного явления. По крайней мере, для антисоветчиков, и даже для ряда лиц «просоветской ориентации» важным является именно подобное проявление «низкопоклонства», выражающееся в том, что граждане позднего СССР с радостью «набрасывались» на любые проявления «западной жизни». (Начиная с фильмов и заканчивая банками из-под «импортного» пива.) Кстати, на самом деле, это достаточно безобидная «фишка» - другие проявления «низкопоклонства» были на порядки опаснее. Самое страшное – это, разумеется, принятие модели «конца истории», из которого, в свою очередь, проистекают реально жуткие вещи. Начиная с воинственного национализма и заканчивая социал-дарвинизмом.

Впрочем, социал-дарвинизм теперь в моде, он воспринимается положительное. А вот собирание банок выглядит, действительно, признаком идиотизма.Read more... )
В СССР же – и позднем, и раннем – маркетологов не было. Вместо них были товароведы – что совершенно иное. Поскольку товаровед или даже автор советских рекламных материалов – которые, как не странно, довольно широко были распространены – имели тут цель, противоположную той, что имеет маркетолог в РФ сегодня или в капиталистических странах всегда. А именно – они считали своим долгом обеспечить покупателя теми вещами (и информацией о них), которые реально способны удовлетворить его потребности. В то время, как при рыночной экономики базовой выступает концепция продажи того, что производится. То есть – в данной системе покупателя стараются убедить в том, что все, что лежит в магазинах – и является его истинной потребностью. Отсюда и проистекают сто видов соевых колбас, отличающихся порой не вкусом даже, а размером, формой и цветом. (В том смысле, что «красная» колбаса считается варено-копченой, а бледно-розовая – вареной. Хотя состоят они, практически, из одних и тех же ингредиентов. Кстати, интересно, почему современная колбасная промышленность до сих пор не освоила иную цветовую гамму – скажем, оранжевую, желтую, голубую и т.п. колбасу? В принципе, для того химического коктейля, который данный продукт из себя представляет, тут нет ничего невозможного.)

То есть – в рамках советского мышления само представление о том, что продавец желает, прежде всего, обмануть покупателя, являлась абсурдной. Зачем ему обманывать, если он и так получает прибыль? Забавно, но подобная идея пережила СССР, и до сих пор еще периодически высказывается – хотя чем дальше, тем реже. В советское же время что-то иное предположить было сложно, поскольку если по отношению к торговле еще было определенное недоверие , то производитель оказывался вне подозрений. (Впрочем, и к торговле – несмотря на все легенды о «спекулянтах» и «нетрудовых доходах» — относились достаточно лояльно. К примеру, пересчитывать сдачу многие начали только через несколько лет после наступления «рыночной экономики».) И уж конечно, представить, что завод станет специально снижать качество товаров, советские граждане не могли. Нет, конечно, все знали, что оно может быть низким, что бывает брак, причем довольно часто – но все это рассматривалось исключительно, как нежелательное явление. Как нечто, чего давно надо было бы устранить, но не хватает средств или умения. То же, что можно специально выпускать дерьмо – имея при этом возможность делать «конфетку» - было за рамками советского мышления.

Именно поэтому западная «яркость» могла быть интерпретирована (почти) только одним образом. А именно – как следствие реальной заботы о потребителе: ведь нельзя же потратить столько сил на второстепенную задачу, и не выполнить главную? (О том, какая задача должна быть главной – советский человек, разумеется, не задумывался.) Именно это основание, во многом, и легло в создание мифа о «благословенном Западе». Живя в котором, человек мог бы буквально «вкушать» амброзию и запивать нектаром. (В виде «по настоящему качественных» продуктов.) Кстати, укреплению данного представления очень сильно способствовало то, что работники внешней торговли реально пытались давать советским гражданам самое лучшее. В том смысле, что закупали исключительно качественные товары – благо, они обладали ресурсами и умениями найти за красивой упаковкой реально ценные вещи. В результате «импорт» умудрялся быть качественным не только «приходя» из Европы – где еще можно было ожидать какого-то стремления соблюдать приличия – но и из Индии, стран Африки или Азии. Вплоть до Афганистана – то есть, из государств, где неискушенный покупатель имеет стопроцентную вероятность быть обдуренным. Все это, при сравнении с продукцией «нашей» промышленности, создавало ложное представление о том, что «весь мир может – а мы нет».

* * *

Кстати, то же самое касалось не только «материальных» товаров – но и, например, произведений искусства. Касательно них так же создавалось ложное представление о том, что «там» - натуральный рай, наполненный несметными сокровищами разума. В результате чего «потребление западного», в том числе, и в «интеллектуальном плане» - книги, кинематограф – стало рассматриваться, как признак образованного и интеллектуального человека. Впрочем, сам по себе подобный «качественный отбор» был, как уже говорилось, вторичным – первично было почти полное отсутствие фильтров на «информационных каналах», связывающих покупателя и продавца. В результате чего вполне взрослые люди упрямо верили тому, что им пытались навязать авторы ярких упаковок и рекламных плакатов. Можно ли осуждать данную особенность? Наверное, можно – тем более, имея перед глазами период, когда «защитная стена» Внешторга рухнула, и на отечественный рынок хлынула мутная волна «настоящих» заграничных товаров. Что творилось тогда – теперь страшно даже представить, поскольку качество их болталось где-то около нуля. (А порой опускаясь еще ниже, когда продаваемые товары не только не выполняли своей функции – но и откровенно вредили.) Но даже в подобной ситуации потребовалось примерно десятилетие, чтобы недоверие к ярким этикеткам вошло в норму…

Но одновременно с этим стоит понимать, что данная особенность советского мышления выступала не просто «изолированным» свойством. (Не дававшем жителям СССР иммунитета против самого примитивного маркетинга.) Нет, напротив – она была элементом более серьезного явления. Явления, которое – как можно будет увидеть чуть позже – являлось, несомненно, прогрессивным и однозначно положительным в общечеловеческом плане, по сравнению с которым вся наша и «западная» «прожженность» и умение «ставить фильтры» выглядит детской игрой. А наше осуждение легковерности советских людей, ставивших банки из-под пива на комод, выглядит в данном плане крайне нелепым. Ну, как в той поговорке о соринке и бревне в глазу – в том смысле, что беды, несомые тем, что стоит за нашей «осведомленностью», оказываются на порядки выше.

Впрочем, об этом будет сказано чуть позднее…
anlazz: (Default)
От описанных в прошлом посте джинсов перейдем ко второй суперценности антисоветчиков – колбасе. Поскольку – как это не удивительно прозвучит, ее «судьба» - не колбасы, как еды, конечно, а «суперценности» – поразительно схожа с судьбой вышеуказанных штанов. Дело в том, что сам данный продукт, как таковой, особенной ценности не представляет – в том смысле, что известен он довольно давно, но сакрального значения не имел. Более того, колбаса с древних времен относилась к продуктам, так сказать, менее ценным, нежели свежее мясо – поскольку являлась не чем иным, как способом его сохранения при отсутствии холодильников. Именно отсюда проистекает и традиция использования большого количества соли и специй в продукте, а так же – его частое копчение. Кроме того, стоит отметить, что изготовление колбас позволяло «утилизировать» такие субпродукты, которые иначе употреблять в пищу было невозможно – например, кишки. Недаром подавляющее количество «традиционных» колбас – или «ливерные» (в том числе, и кровяные, с кашей и т.д.), или «сыровяленные», ориентированные на длительное хранение.

В любом случае, в доиндустриальную эру колбасные изделия вряд ли можно было отнести к массовым и «постоянным» продуктам. Впрочем, тогда мясо вообще было доступно лишь небольшому числу представителей «верхних слоев общества». (Правда, в последних оно потреблялось в нещадном количестве.) Именно поэтому говорить о «колбасной проблеме» можно только после начала индустриализации. Причем, в нашей стране – со вполне определенного времени: после того, как в 1936 году народный комиссар пищевой промышленности СССР Анастас Микоян побывал с визитом в Соединенных Штатах Америки. Это событие оказалось для указанной промышленности поворотным. Разумеется, она существовала и до этого – в конце концов, это видно из того, что был соответствующий нарком. Но масштаб «пищепрома» того времени не соответствовал происходившей индустриализации: огромное количество предприятий были полукустарными, использующими технологии прошлых веков. В результате чего подавляющая часть населения вообще не пользовались производимой там продукцией, предпочитая все – включая хлеб – готовить самим.

Кстати, подобная традиция, помимо всего прочего, приводила к колоссальной нагрузке на женщин, к буквальному закабалению их пресловутым «бытом». Хотя только этим проблемы, создаваемые господством «домашней кухни», не исчерпывалось. К примеру, была очень серьезная проблема с гигиеной и качеством продуктов. Да и вообще, эффективность данной модели в плане удовлетворения потребности народных масс полноценным белковым питанием была не самая лучшая. (В том смысле, что, как уже было сказано выше, мясную пищу низы почти не ели.) Тем более, что большевики с самого начала ставили своей целью изменить данное положение – идея «индустриализации быта» являлась для них одной из основных концепций преобразований страны. Именно поэтому чуть ли не сразу после Революции самые нетерпеливые из них стали требовать немедленного перехода к коммунизму…

* * *

Но тогда эти требования оказались бесполезными – в связи с общей отсталостью страны. Read more... )

anlazz: (Default)
Еще раз обратимся к господину Фритцморгену, который, ИМХО, представляет собой почти идеальнейший образец т.н. мышления «современного успешного человека». (Впрочем, все «топы» представляют собой эти самые «образцы» - поскольку они, по умолчанию, должны соответствовать господствующему общественному сознанию.) Поэтому на его примере можно прекрасно наблюдать те особенности, которые так важны нам в плане понимания специфики «современности». Вот, например, недавно он посвятил пост описанию проблем с автоматическими кормушками для котов. Надо сказать, что этот пост был весьма ценный в познавательном плане – например, я оттуда узнал о том, что подобные изделия реально существуют. Почему-то об автоматических кошачьих туалетах информация мне встречалась несколько раз, а о том, что есть еще и автокормушки – ни разу. Кстати, есть еще и автопоилки – причем, в огромном числе самых популярных магазинов. Так что если это был рекламный пост – то стоит сказать, что он удался.

Кстати, вопреки некоторым мнениям, данные устройства действительно могут быть полезными – в том случае, если хозяевам приходится уезжать, а оставить кота некому. (Ну – или нет родственников/друзей, могущих приходить покормить-попоить животное.) Так что приобретение котоунитаза-котокормушки-котопоилки действительно может быть полезным. Тем не менее, самое интересное тут в другом. А именно – в том, что после рассказа о котокормушках в следующем посте Фритцморген привел свое объяснение того, для чего нужно данное устройство. И нет, вовсе не для того, чтобы –как было сказано выше – уехать на неделю, оставив кота дома. На самом деле все намного сложнее и интереснее – там было написано буквальным образом следующее:

«…Когда я покупал котоунитаз и автокормушку, расчёты у меня были примерно такими:
1. Допустим, на обслуживание кота уходит 10 минут в день.
2. Это 60 часов в год или 600 часов за 10 лет.
3. Средняя зарплата в Петербурге — 250 рублей в час.
4. За 10 лет экономия составит 150 тысяч рублей. Надо брать.

На практике, разумеется, расчёты были несколько сложнее — нужно было учесть также стоимость картриджей, падение морального духа после ежедневной чистки лотка и ещё пару менее важных факторов. Но суть вы поняли — горизонт планирования в этом случае был взят в 10 лет...»


Как говориться, «запомните этот твит» - ибо данная фраза представляет собой настоящий шедевр. Квинтэссенцию «современного делового мышления» - а так же, ключ к тому, почему все действия в рамках
этого «мышления» заканчиваются закономерным (нулевым) финалом.Read more... )

anlazz: (Default)
К предыдущему.

Существует известное мнение, что коммунисты выступают против «потреблятства». Дескать, они противопоставляют бездумному потреблению при капитализме некую «духовность». А значит, их победа несет нам всеобщую бедность, скрашенную трудовым энтузиазмом на благо Родины и прочим патриотизмом. Разумеется, понятно, что подобная картина – пускай и менее утрированная – свойственна, прежде всего, антикоммунистам всевозможных мастей. Включая и тех, кто сам был бы не против устроить для масс мир немотивированного трудового энтузиазма безо всякого вознаграждения. Вернее, подавляющая часть антикоммунистов, начиная с религиозных фанатиков самых разных конфессий (ну, с ними-то, все понятно) и заканчивая либералами, для которых большая часть народа есть ленивые иждивенцы на шее «атлантов», мечтают сделать именно так. Но обвиняют в подобном желании почему-то коммунистов.

Впрочем, если бы на этом вопрос исчерпывался, то его можно было закрыть прямо сейчас. Дескать, враги всегда врут. Но на самом деле ситуация обстоит несколько сложнее. А именно – коммунисты в реальности выступают, как критики сложившегося сейчас «общества потребления». Причем, речь тут идет не только о каких-то «паракоммунистических» движениях, вроде «Сути времени» (которую на самом деле тяжело отнести даже к социал-демократам), каких-нибудь «нацболов» или самой главной псевдокоммунистической партии имени Зюганова. На самом деле, против указанной ситуации в принципе, должны выступать вообще любые коммунистические и социалистические силы. Но вот причина этого абсолютно противоположна той, на которую намекают правые. Поскольку в реальности то самое общество, которое мы, по традиции, именуем «потребительским», в реальности является … «антипотребительским». В том смысле, что как раз потреблению в нем уделяется самое ничтожное место. На первый план же в нем выходит совершенно иное.

* * *

А именно - продажа. Read more... )

Profile

anlazz: (Default)
anlazz

September 2017

S M T W T F S
      1 2
3456789
10111213141516
1718 19 20212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 20th, 2017 04:18 pm
Powered by Dreamwidth Studios